Параграф 3 глава 23 гк рф

Глава 23 ГК РФ. Обеспечение исполнения обязательств. Общие положения (статья 329)

Глава 23. ОБЕСПЕЧЕНИЕ ИСПОЛНЕНИЯ ОБЯЗАТЕЛЬСТВ

§ 1. Общие положения

Статья 329. Способы обеспечения исполнения обязательств

1. Исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

2. Недействительность соглашения об обеспечении исполнения обязательства не влечет недействительности соглашения, из которого возникло основное обязательство.

3. При недействительности соглашения, из которого возникло основное обязательство, обеспеченными считаются связанные с последствиями такой недействительности обязанности по возврату имущества, полученного по основному обязательству.

4. Прекращение основного обязательства влечет прекращение обеспечивающего его обязательства, если иное не предусмотрено законом или договором.

Автор статей сайта – Сергей Юлин.
При копировании материалов, пожалуйста,
не забудьте сделать ссылку на наш сайт

НЕКОТОРЫЕ НОВЕЛЛЫ ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОБ ОБЯЗАТЕЛЬСТВАХ

Федеральным законом от 08.03.2015 № 42-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации» были внесены значительные изменения и дополнения в раздел III Кодекса, содержащий общие положения об обязательствах, которые вступили в силу 1 июня 2015 г. Эти изменения носят разноплановый характер: в ряде случаев уточняется понятийный аппарат (так, уточнено понятие обязательства, сформулированное в п. 1 ст. 307 ГК РФ); вводятся новые понятия (например, новые виды гражданско-правовых договоров: рамочный договор, абонентский договор, опционный договор); более четко прописаны механизмы защиты прав кредиторов по обязательствам, а также гражданско-правовой ответственности за нарушение обязательств(1). Смысл этих изменений и дополнений, как представляется, сводится к одному: необходимости обеспечения надлежащего исполнения обязательства, в частности договорного обязательства. Последнее вытекает из общей направленности реформирования современного гражданского законодательства, ориентированного на «обеспечение стабильности гражданского оборота и исключение защиты недобросовестных участников оборота»(2).

Как известно, обязательства возникают, в частности, из договоров (п. 2 ст. 307 ГК РФ). В разделе III ГК РФ появился целый ряд новых положений, имеющих целью сделать процесс заключения договора более ответственным для сторон, а процесс признания его недействительным более сложным.

Порядок заключения договора не претерпел изменений; в некоторые нормы главы 28 «Заключение договора» внесены лишь некоторые уточнения. Однако появился ряд новых институтов, направленных на повышение ответственности сторон уже на стадии заключения договора.

Во-первых, вводится институт преддоговорной ответственности. Согласно ст. 434.1 ГК РФ «Переговоры о заключении договора» при вступлении в переговоры о заключении договора, в ходе их проведения и по их завершении стороны обязаны действовать добросовестно, в частности не допускать вступление в переговоры о заключении договора или их продолжение при заведомом отсутствии намерения достичь соглашения с другой стороной. При этом недобросовестными действиями при проведении переговоров предполагаются предоставление стороне неполной или недостоверной информации, в том числе умолчание об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны быть доведены до сведения другой стороны; внезапное и неоправданное прекращение переговоров о заключении договора при таких обстоятельствах, при которых другая сторона переговоров не могла разумно этого ожидать (п. 2 ст. 434.1 ГК РФ).

Сторона, которая ведет или прерывает переговоры о заключении договора недобросовестно, обязана возместить другой стороне причиненные этим убытки, т. е. расходы, понесенные другой стороной в связи с ведением переговоров о заключении договора, а также в связи с утратой возможности заключить договор с третьим лицом (п. 3 ст. 434.1 ГК РФ).

Во-вторых, вводится институт заверения об обстоятельствах (ст. 431.2 ГК РФ). Данный институт позволяет привлечь к ответственности в форме возмещения убытков или взыскания неустойки сторону, которая при заключении договора либо до или после его заключения дала другой стороне недостоверные заверения об обстоятельствах, имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения, в том числе относящихся к предмету договора, полномочиям на его заключение, соответствию договора применимому к нему праву, наличию необходимых лицензий и разрешений, своему финансовому состоянию либо относящихся к третьему лицу (п. 1 ст. 431.2 ГК РФ).

В-третьих, существенно ограничено право сторон на передачу в суд преддоговорных споров. Согласно п. 2 ст. 446 ГК РФ разногласия, которые возникли при заключении договора и не были переданы на рассмотрение суда в течение шести месяцев с момента их возникновения, не подлежат урегулированию в судебном порядке.

На обеспечение стабильности договорных отношений направлены и изменения, касающиеся возможности признания договора недействительным. В литературе неоднократно отмечалось, что новая редакция главы 9 ГК РФ «Сделки» значительно усложняет процесс их оспаривания(1). Эти ограничения полностью применимы и к случаям признания недействительным договора, о чем прямо говорится в п. 1 ст. 431.1 ГК РФ. Названная статья вводит и новое ограничение: сторона, которая приняла от контрагента исполнение по договору, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и при этом полностью или частично не исполнила свое обязательство, не вправе требовать признания договора недействительным, за исключением случаев признания договора недействительным в связи с совершением юридическим лицом сделки в противоречии с целями его деятельности (ст. 173 ГК РФ), сделки, совершенной под влиянием существенного заблуждения (ст. 178 ГК РФ), и сделки, совершенной под влиянием обмана, насилия, угрозы или неблагоприятных обстоятельств (ст. 179 ГК РФ).

Достижению той же цели — стабильности оборота в договорных правоотношениях служит и введение в Кодекс ст. 450.1 «Отказ от договора (исполнения договора) или от осуществления прав по договору», в которой детально прописан порядок реализации этого права.

Институт исполнения обязательств пополнился механизмами, позволяющими более гибко, чем это было ранее, урегулировать разногласия между кредиторами при их множественности, а также между кредитором и должником по целому ряду вопросов. В частности, ст. 309.1 ГК РФ предусмотрена возможность соглашения кредиторов о порядке удовлетворения их требований к должнику: между кредиторами одного должника по однородным обязательствам может быть заключено соглашение о порядке удовлетворения их требований к должнику, в том числе об очередности их удовлетворения и о непропорциональности распределения исполнения. При этом стороны указанного соглашения обязаны не совершать действия, направленные на получение исполнения от должника, в нарушение условий указанного соглашения (п. 1 ст. 309.1 ГК РФ).

Кроме того, появилась возможность обусловить исполнение обязательства. Согласно ст. 327.1 ГК РФ исполнение обязанностей, а равно и осуществление, изменение и прекращение определенных прав по договорному обязательству

может быть обусловлено совершением или несовершением одной из сторон обязательства определенных действий либо наступлением иных обстоятельств, предусмотренных договором, в том числе полностью зависящих от воли одной из сторон.

Наконец, стороны при определенных условиях могут договориться о применении иных, нежели указанные в законе, последствий недействительности договора при признании его недействительным по требованию одной из сторон (п. 3 ст. 431.1 ГК РФ).

Надлежащему исполнению обязательства будет способствовать и совершенствование института обеспечения исполнения.

Глава 23 ГК РФ «Обеспечение исполнения обязательств» дополнена новым параграфом 8 «Обеспечительный платеж». Обеспечительный платеж — это внесение одной из сторон в пользу другой стороны определенной денежной суммы в целях обеспечения исполнения денежного обязательства (ст. 381.1 ГК РФ). Помимо денежной суммы в качестве обеспечительного платежа могут быть внесены акции, облигации, иные ценные бумаги или вещи, определенные родовыми признаками (ст. 381.2 ГК РФ).

Значительно расширена сфера применения такого способа обеспечения, как гарантия. Если раньше в качестве гаранта могли выступать только банки, иные кредитные организации и страховые организации, в связи с чем гарантия называлась банковской, то сегодня в качестве гарантов могут выступать помимо названных субъектов и иные лица — другие коммерческие организации (п. 3 ст. 368 ГК РФ). Независимая гарантия является сегодня общим понятием по сравнению с понятием «банковская гарантия».

Стабильности гражданского оборота в сфере договорных отношений будут способствовать новые меры, направленные на защиту прав сторон по обязательству.

Возмещение убытков является универсальным способом защиты имущественных прав, в том числе и в рамках обязательственных правоотношений. Одним из существенных изменений, связанных с применением названной меры гражданско-правовой ответственности, является появившаяся возможность взыскания убытков и в тех случаях, когда их размер не установлен или не обоснован точно. Согласно п. 5 ст. 393 ГК РФ суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

Наряду с возмещением убытков стало возможным и возмещение потерь, не связанных с нарушением обязательства. Статьей 406.1 ГК РФ вводятся новые правила, применяемые в сфере предпринимательской деятельности. Так, стороны обязательства могут своим соглашением предусмотреть обязанность одной стороны возместить имущественные потери другой стороны, возникшие в случае наступления определенных в таком соглашении обстоятельств и не связанные с нарушением обязательства его стороной (потери, вызванные невозможностью исполнения обязательства, предъявлением требований третьими лицами или органами государственной власти к стороне или к третьему лицу, указанному в соглашении, и т. п.). Соглашением сторон должен быть определен размер возмещения таких потерь или порядок его определения (п. 1 ст. 406.1 ГК РФ).

Нами были рассмотрены лишь некоторые новеллы Гражданского кодекса Российской Федерации, направленные на обеспечение стабильности отношений, связанных с исполнением обязательств.

Параграф 3 глава 23 гк рф

17 октября 2018

Конкурс эссе «Русское поле экспериментов»

16 октября 2018

Вне зоны помощи

15 октября 2018

В Вышке прошли первые Кочубеевские чтения

Глава 59, параграф 3. Возмещение вреда, причиненного вследствие недостатков товаров, работ или услуг

Книга представляет собой постатейный научно-практический комментарий к Гражданскому кодексу Росийской Федерации.

Постатейный комментарий к параграфу 3 главы 23 и главе 24 Гражданского кодекса РФ.

Глава содержит научно-практический комментарий к нормам Гражданского кодекса РФ об обязательствах, возникающих в связи с проведением игр и пари и участием в них.

В данной научной работе использованы результаты, полученные в ходе выполнения коллективного проекта «Права
ребенка в Российской Федерации (на основе анализа семейного и гражданского законодатедбства и правоприменительной практики)» №11-44-0041, выполненного в рамках Прогpaммы «НаучныЙ фонд НИУ-ВШЭ».

В статье затрагиваются вопросы, касающиеся предмета корпоративного права, изменений, которые предлагается внести в Гражданский кодекс РФ в части определения корпоративных отношений и корпоративных организаций. Рассматриваются проблемы преподавания корпоративного права в России.

Комментарий главы 48 ГК РФ «Страхование». В комментарии приведены толкования норм гл. 48 ГК РФ, выработанные доктриной и судебной практикой

В статье анализируется понятие притворной сделки в истолковании, даваемом ему судебными органами, вскрываются противоречия судебного толкования указанного понятия.

Авторы рассматривают рейдерство с цивилистических позиций и считают, что попыток криминализировать деяние при отсутствии у формулируемого нового состава преступления видовых отличий от уже существующих составов следует безусловно отказываться.

Монография посвящена актуальным и недостаточно изученным в юридической литературе вопросам, связанным с осуществлением надлежащего выбора контрагента по предпринимательскому договору. Комплексный подход к исследованию теоретических и практических аспектов проблемы выбора контрагента позволил построение договорных предпринимательских правоотношений отразить как единый непрерывный процесс реализации свободы предпринимательства, ограниченной как нормативно установленными, так и не закрепленными в законодательстве Российской Федерации требованиями. В книге последовательно раскрываются правовые особенности договора как основного средства реализации свободы предпринимательства, исследуется вопрос о выборе контрагента в контексте принципа свободы договора, анализируется реализация категории осмотрительности при выборе контрагента в различных видах предпринимательских отношений, рассматриваются гражданско-правовые и налоговые последствия заключения предпринимательского договора с ненадлежащим контрагентом. Изложение материала построено на соотнесении публично-правового и частноправового регулирования особенностей выбора контрагента при реализации свободы предпринимательства Монография подготовлена с учетом последних изменений законодательства, а также сложившейся правоприменительной практики. Рекомендуется студентам и аспирантам юридических вузов, преподавателям и научным сотрудникам, а также практикующим юристам, интересующимся данной темой.

Арбитражный суд Магаданской области

Обзор судебной практики по делам, связанным с применением положений главы 23 «Обеспечение исполнения обязательств» Гражданского кодекса Российской Федерации, рассмотренным в 2014 году

Обзор судебной практики по делам, связанным с применением положений главы 23 «Обеспечение исполнения обязательств» Гражданского кодекса Российской Федерации, рассмотренным в 2014 году

Гражданский кодекс Российской Федерации (далее — ГК РФ) (в редакции, действовавшей в 2014 году) предусматривал следующие основные способы обеспечения исполнения обязательств: неустойка, залог, удержание имущества должника, поручительство, банковская гарантия, задаток и другие способы, предусмотренные законом или договором (статья 329 ГК РФ).

Способы обеспечения исполнения обязательств всегда носят имущественный характер. Обеспечение исполнения обязательства является дополнительным обязательством по отношению к главному и потому зависит от него, так как в случае прекращения главного обязательства прекращается дополнительное обязательство.

Неустойка (штраф, пеня) – определённая законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения (статья 330 ГК РФ).

В силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя) (статья 334 ГК РФ).

Задаток – денежная сумма, выдаваемая одной из договаривающихся сторон в счёт причитающихся с неё по договору платежей другой стороне, в доказательство заключения договора и в обеспечение его исполнения (статья 380 ГК РФ).

Удержание – право кредитора, у которого находится вещь, подлежащая передаче должнику либо лицу, указанному должником, удерживать её в случае неисполнения должником в срок обязательства по оплате этой вещи или возмещению кредитору связанных с нею издержек и других убытков до тех пор, пока соответствующее обязательство не будет исполнено (статья 359 ГК РФ).

Поручительство – обязанность третьего лица (поручителя) отвечать за исполнение должником его обязательств перед кредитором полностью или в части (статья 361 ГК РФ).

Банковская гарантия – письменное обязательство банка (иного кредитного учреждения, страховой организации) уплатить кредитору денежную сумму в соответствии с условиями выданной гарантии по требованию последнего (статья 368 ГК РФ).

Следует обратить внимание, что в статью 329 ГК РФ были внесены изменения и ГК РФ в редакции Федерального закона от 08 марта 2015 г. № 42-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации» в настоящее время (с 01 июня 2015 г.) предусматривает следующие основные способы обеспечения исполнения обязательств: неустойка, залог, удержание вещи должника, поручительство, независимая гарантия, задаток, обеспечительный платёж и другие способы, предусмотренные законом или договором.

1. Дела по спорам о взыскании неустойки.

В 2014 году судьями судебного состава по рассмотрению споров, возникающих из гражданских и иных правоотношений, было рассмотрено 167 дел с применением статей 330 — 333 (параграф 2 главы 23) ГК РФ ( в редакции ГК РФ, действовавшей на момент принятия решений судом первой инстанции) о взыскании неустойки на общую сумму заявленных требований в размере 249 438 000 рублей.

Из них требования о взыскании неустойки были удовлетворены по 161 делу со взысканием 98 724 000 рублей.

Было обжаловано в апелляционном порядке 45 дел, в кассационном – 11 дел, по которым были возвращены 5 жалоб судом апелляционной инстанции, одна жалоба – судом кассационной инстанции.

Судебные акты Арбитражного суда Магаданской области были оставлены без изменений Шестым арбитражным апелляционным судом по 36 делам (№№ А37-1844/2013, А37-1883/2013, А37-2118/2013, А37-2255/2013, А37-2300/2013, А37-2313/2013, А37-2314/2013, А37-139/2014, А37-221/2014, А37-289/2014, А37-294/2014, А37 -358/2014, А37-367/2014, А37-406/2014, А37-525/2014, А37-529/2014, А37-530/2014, А37-531/2014, А37-592/2014, А37-662/2014, А37-764/2014, А37-770/2014, А37-934/2014, А37-1063/2014, А37-1103/2014, А37-1136/2014, А37-1175/2014, А37-1213/2014, А37-1256/2014, А37-1273/2014, А37-1282/2014, А37-1448/2014, А37-1474/2014, А37-1488/2014, А37-1525/2014, А37-1872/2014), Арбитражным судом Дальневосточного округа – по 9 делам (№№ А37-2255/2013, А37-529/2014, А37-530/2014, А37-531/2014, А37-662/2014, А37-770/2014, А37-1103/2014, А37-1175/2014, А37-1448/2014).

Шестым арбитражным апелляционным судом был отменён судебный акт Арбитражного суда Магаданской области по делу № А37-273/2013, изменены судебные акты по делам: №№ А37-506/2014, А37-1297/2014, а по делу № А37-1546/2014 решение суда первой инстанции было отменено с прекращением производства по делу.

Арбитражным судом Дальневосточного округа были отменены решение, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда по делу № А37-2118/2013 Арбитражного суда Магаданской области, с направлением дела на новое рассмотрение в Арбитражный суд Магаданской области.

Поскольку отмена решения Арбитражного суда Магаданской области по делу № А37-273/2013 (постановление Шестого арбитражного апелляционного суда № 06АП-1736/2014), отмена решения Арбитражного суда и прекращение производства по делу № А37-1546/2014 (постановление Шестого арбитражного апелляционного суда № 06АП-35/2015) не связаны с неправильным применением норм 330 — 333 ГК РФ, анализ указанных судебных актов в настоящем обобщении не приводится.

1.1. Вывод суда первой инстанции о том, что право на начисление неустойки могло возникнуть у истца только с момента вступления в законную силу судебного акта по спору о взыскании суммы основного долга, противоречит положениям статей 124, 702, 711, 746 ГК РФ, поскольку, в данном случае, истец просит взыскать с ответчика не проценты за неисполнение судебного акта, а именно неустойку, предусмотренную законом и заключённым сторонами контрактом за неисполнение обязательств по своевременной оплате выполненных работ (дело № А37-506/2014).

Истец, ООО «Н», обратился в Арбитражный суд Магаданской области с иском к Комитету о взыскании неустойки за нарушение обязательств по оплате по муниципальному контракту на выполнение работ по рекультивации хвостохранилища Карамкенского ГМК с ликвидацией гидротехнических сооружений (руч. Туманный п. Карамкен) за период с 31 января 2013 г. по 16 декабря 2013 г. в размере 464 169 рублей 57 копеек.

Решением Арбитражного суда Магаданской области от 16 июня 2014 г. с Комитета в пользу ООО «Н» взыскана неустойка в размере 63 683 рублей 84 копеек за период с 23 октября 2013 г. по 16 декабря 2013 г. В удовлетворении требований в размере 400 485 рублей 73 копеек отказано.

Не согласившись с вынесенным судом первой инстанции судебным актом, ООО «Н» обратилось в Шестой арбитражный апелляционный суд с жалобой. В апелляционной жалобе ООО «Н» просило изменить судебный акт суда первой инстанции, удовлетворить требования ООО «Н» в полном объёме. В частности, при принятии апелляционной инстанцией нового судебного акта удовлетворить требования ООО «Н» о взыскании неустойки, в том числе за период с 31 января 2013 г. по 22 октября 2013 г. в сумме 400 485 рублей 73 копейки.

Шестой арбитражный апелляционный суд постановлением от 17 октября 2014 г. № 06АП-4411/2014 решение Арбитражного суда Магаданской области от 16 июня 2014 г. изменил и взыскал с Комитета в пользу ООО «Н» неустойку в размере 464 169 рублей 57 копеек.

Согласно вступившему в законную силу решению Арбитражного суда Магаданской области от 02 августа 2013 г. по делу № А37-165/2013, оставленному без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 23 октября 2013 г., постановлением Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 13 февраля 2014 г. с Комитета в пользу ООО «Н» взыскана задолженность за выполненные подрядные работы, предъявленные к оплате по акту формы № КС-2 и справке формы № КС-3 от 30 ноября 2012 г. № 3 в сумме 5 579 738 рублей 39 копеек (по пункту 4 акта), в удовлетворении требований на сумму 22 015 рублей 19 копеек (по пункту 1 акта) отказано.

Указанными судебными актами были установлены обстоятельства исполнения муниципального контракта, заключённого между Комитетом (заказчик) и ООО «Н» (подрядчик) на выполнение работ по рекультивации хвостохранилища Карамкенского ГМК с ликвидацией гидротехнических сооружений (руч. Туманный, п. Карамкен) (далее — контракт), в том числе в части объёма и стоимости выполненных, но неоплаченных работ.

В соответствии с требованиями части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее — АПК РФ), данные обстоятельства имеют для настоящего дела преюдициальное значение, а потому не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом настоящего дела

Из материалов настоящего дела следует, что 11 декабря 2012 г. исх. 142/2012 ООО «Н» обратилось к Комитету с просьбой подписать направленные 30 ноября 2012 г. в адрес Комитета акт от 30 ноября 2012 г. №3 по форме КС-2 и справку о стоимости выполненных работ по форме КС-3 на сумму 5 711 792 рублей 29 копеек (вместе со счётом-фактурой от 30 ноября 2012 г. № 0000054).

Письмом от 19 декабря 2012 г. Комитет подтвердил, что полный пакет документов для оплаты спорных акта по форме КС-2 и справки по форме КС-3 поступили в Комитет 05 декабря 2012 г., счёт-фактура – 11 декабря 2011 г. Между тем, указал на невыполнение истцом работ в части отсыпки камнем канала для пропуска поверхностного стока и перевозки грунта автосамосвалами в отвал (склады), и предложил представить в срок до 24 декабря 2012 г. акт в отношении работ по устройству переливных дамбочек.

Согласно данным банковского счёта истца, задолженность в сумме 5 579 738 рублей 39 копеек перечислена Комитетом 03 декабря 2013 г. в размере 5 379 143 рублей 02 копеек, 17 декабря 2013 г. в сумме 200 595 рублей 37 копеек.

Полагая, что Комитетом нарушены обязательства по контракту в части своевременной оплаты выполненных работ, ООО «Н» обратилось в Арбитражный суд Магаданской области с настоящим иском.

Рассматривая дело, суд первой инстанции пришёл к выводу, что вина заказчика в просрочке оплаты подрядных работ, указанных в пунктах 1, 4 акта формы № КС-2 от 30 ноября 2012 г. № 3, в период с 31 января 2013 г. по 22 октября 2013 г. отсутствовала по причине выполнения заказчиком требований статьей 711, пункта 1 статьи 715, 720, 753 ГК РФ, поскольку заказчик использовал все предусмотренные законом способы в целях установления объёмов выполненных работ, соответствия работ проектной и сметной документации, качества работ, и до их установления воспользовался правом, предусмотренным пунктом 5.2 контракта – приостановил исполнение обязательств по оплате спорных работ, в связи с чем, обязанность исполнить обязательство по оплате выполненных подрядных работ на сумму 5 579 738 рублей 39 копеек у заказчика возникла с момента вступления решения суда по делу № А37-165/2013 в законную силу (23 октября 2013 г. принято Постановление Шестым арбитражным апелляционным судом).

Как следует из материалов дела, акт о приёмке выполненных работ от 30 ноября 2012 г. №3 поступил в Комитет 05 декабря 2012 г., счёт-фактура на оплату — 11.12.2012. Между тем, от подписания указанных актов ответчик отказался, мотивируя свой отказ невыполнением подрядчиком спорных работ на сумму 5 579 738 рублей 39 копеек, несмотря на то, что указанные акты были подписаны руководителем группы техконтроля ООО «Н» с проставлением печати.

Установленные по делу № А37-165/2013 обстоятельства достоверно подтверждают факт необоснованного отказа Комитета от подписания приёмосдаточных документов ООО «Н», являющихся в силу условий контракта основанием для оплаты, при том, что реальное выполнение работ было подтверждено, в том числе организацией, осуществляющей строительный надзор.

В данном случае стороны действовали в рамках контракта, в свою очередь, муниципальное образование, интересы которого представляет Комитет, выступает в отношениях, регулируемых гражданским законодательством, на равных началах с иными участниками этих отношений — гражданами и юридическими лицами (статья 124 ГК РФ).

Довод Комитета о том, что оплата не осуществлялась по причине непредоставления документов, подтверждающих реальное выполнение (исполнительской сьёмки выполненных работ), судом апелляционной инстанции был отклонён, так как по условиям контракта приёмка работ на их соответствие объёму, содержанию и качеству осуществляется путём подписания актов, обязанность по предоставлению исполнительской сьёмки выполненных работ в целях приёмки и оплаты работ по условиям контракта на подрядчика не возлагалась.

Оценив представленные сторонами доказательства в соответствии с требованиями, установленными главой 7 АПК РФ, руководствуясь статьями 309, пунктом 9 статьи 9 Федерального закона от 21 июля 2005 г. № 94-ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд», условиями заключённого сторонами контракта, суд апелляционной инстанции пришёл к выводу, что оплата заказчиком выполненных работ должна была быть произведена в сроки, установленные контрактом.

Срок приёмки выполненных подрядчиком работ контрактом не определён, в связи с чем, с учётом положений статьи 314 ГК РФ, принимая во внимание получение Комитетом акта от 30 ноября 2012 г. № 3 – 05 декабря 2012 г., работы считаются принятыми 12 декабря 2012 г., в связи с чем, работы по указанному акту должны были быть оплачены в срок до 24 января 2013 г. (пункт 5.2 контракта).

В указанный срок Комитет оплату подрядчику за выполнение работ не произвёл, в связи с чем, привлечение его к ответственности в виде неустойки является правомерным с указанной даты.

В соответствии с пунктом 7.7. контракта в случае просрочки исполнения заказчиком обязательства, предусмотренного контрактом, другая сторона вправе потребовать уплату неустойки (пени). Неустойка (пени) начисляется за каждый день просрочки исполнения обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства. Размер такой неустойки (пени) устанавливается в размере одной трёхсотой действующей на день уплаты неустойки (пени) ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации.

Истцом начислена неустойка в соответствии с пунктом 7.7. контракта за период с 31 января 2013 г. по 16 декабря 2013 г. с учётом произведённых 03 декабря 2013 г. и 17 декабря 2013 г. оплат, от суммы неисполненного обязательства (5 579 738,39) в размере 464 169 рублей 57 копеек.

Расчёт неустойки судом апелляционной инстанции проверен и признан верным, соответствующим условиям контракта и установленным обстоятельствам дела.

Начисление неустойки с 31 января 2013 г. является правом истца.

Вывод суда первой инстанции о том, что право на начисление неустойки могло возникнуть у ООО «Н» только с момента вступления в законную силу судебного акта по делу № А37-165/2013, противоречит положениям статей 124, 702, 711, 746 ГК РФ, поскольку в данном случае, истец просит взыскать с ответчика не проценты за неисполнение судебного акта, а именно неустойку, предусмотренную законом и заключённым сторонами контрактом за неисполнение обязательств по своевременной оплате выполненных работ, а взыскание с должника неустойки за нарушение срока оплаты по договору с даты вступления решения суда в законную силу не соответствует принципам равенства участников гражданских правоотношений, свободы договора, беспрепятственного осуществления гражданских прав, добросовестности, что в целом может стимулировать недобросовестных должников к неплатежам и иметь для экономической деятельности контрагентов негативные последствия.

В свою очередь, никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (часть 4 статьи 1 ГК РФ).

В связи с изложенным, апелляционная жалоба была удовлетворена, а решение суда изменено, как принятое с неправильным применением норм материального права и несоответствием выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела (пункты 3, 4 части 1 статьи 270 АПК РФ). С Комитета в пользу ООО «Н» была взыскана неустойка в размере 464 169 рублей 57 копеек.

1.2. При вынесении решения судом первой инстанции не дана правовая оценка доказательству, имеющемуся в материалах дела — не учтено согласование сторонами в протоколе разногласий к договору подряда размера пени в меньшем размере, чем было предусмотрено в первоначальной редакции договора (дело № А37-1297/2014).

МБУ г. Магадана «Г» (учреждение) обратилось в Арбитражный суд Магаданской области с иском к МУП г. Магадана «М» (предприятие) о взыскании 1 040 475 рублей 12 копеек — задолженности по договору подряда на восстановление асфальтобетонного покрытия в месте проведения аварийно-восстановительных работ, в том числе, основного долга 691 345 рублей 60 копеек, неустойки 349 129 рублей 52 копеек за период с 15 марта 2014 г. по 24 июня 2014 г.

Решением Арбитражного суда Магаданской области от 12 сентября 2014 г. исковые требования удовлетворены в полном объёме.

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик обратился в Шестой арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил отменить или изменить решение суда и принять новый судебный акт. В обоснование доводов указал на отсутствие вины в просрочке обязательства по оплате работ, наличие чрезвычайных обстоятельств, принятия в расчёте размера неустойки без учёта изменения условий договора.

Шестой арбитражный апелляционный суд постановлением от 15 декабря 2014 г. № 06АП-6169/2014 решение Арбитражного суда Магаданской области от 12 сентября 2014 г. изменил и взыскал с МУП г. Магадана «М» в пользу МБУ г. Магадана «Г» сумму основного долга в размере 691 345 рублей 60 копеек, сумму неустойки в размере 209 478 рублей 04 копеек, сумму расходов на оплату госпошлины в размере 20 263 рублей 38 копеек, в удовлетворении остальной части требований отказал.

Как следует из материалов дела и установлено судом, на основании протокола рассмотрения и оценки котировочных заявок, процедура которой проводилась предприятием, между предприятием, выступающим заказчиком, и учреждением, выступающим подрядчиком, заключён договор подряда.

По договору подрядчик принял обязательство в срок с момента заключения договора до 30 сентября 2013 г. выполнить работы по восстановлению асфальтобетонного покрытия в месте проведения аварийно-восстановительных работ в соответствии с видами и объёмами работ, определённых в техническом задании (приложение № 2-3) по адресам согласно перечню объектов (приложение № 1).

Стоимость работ определена по смете в размере 2 280 507 рублей. Оплата работ осуществляется с отсрочкой 100 банковских дней после подписания акта по форме КС-2, справки по форме КС-3.

Во исполнение условий договора учреждение выполнило и сдало, а предприятие приняло результат работ по актам формы КС-2 от 30 сентября 2013 г. № 1 на общую сумму 2 037 850 рублей 00 копеек. Предприятие работы оплатило частично в сумме 1 346 504 рублей 40 копеек, сумма задолженности по оплате выполненных работ составила 691 345 рублей 60 копеек.

Дав оценку условиям заключённому между сторонами договору, суд первой инстанции, исходя из предмета договора и характера интереса сторон, правильно квалифицировал его как договор подряда, и применил к правоотношениям сторон правила главы 37 ГК РФ.

Признав выводы суда первой инстанции в части взыскания суммы основного долга правомерными, Шестой арбитражный апелляционный суд, изменяя решение в части взыскания суммы неустойки, указал на следующие обстоятельства.

Ввиду нарушения сроков оплаты работ, истцом заявлено требование о взыскании договорной неустойки в соответствии с пунктом 4.2 договора за период просрочки с 15 марта 2014 г. по 24 июня 2014 г. в сумме 349 129 рублей 52 копеек (691 345,60 х 0,5%*101 день).

Суд первой инстанции взыскал сумму пени в заявленном размере исходя из приведённого истцом расчёта.

Расчёт истцом неустойки, с которым согласился суд первой инстанции, не соответствует условиям договора исходя из следующего.

При заключении договора между сторонами возникли разногласия по отдельным его условиям. В частности, в первоначальной редакции договора пункт 4.2 предусматривал ответственность заказчика за нарушение сроков оплаты за работы в размере 0,5% от суммы просрочки за каждый день, стороной предлагалось установить размер пени 0,3%.

Протоколом согласования разногласий от 02 августа 2013 г. к протоколу разногласий к договору подряда стороны согласовали пункт 4.2 в редакции подрядчика, то есть — 0,3%.

Исходя из этого, размер неустойки по договору за предъявленный период составит 209 478 рублей 04 копеек, в остальной части следует отказать.

В связи с изложенным, решение Арбитражного суда Магаданской области от 12 сентября 2014 г. по делу № А37-1297/2014 постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 15 декабря 2014 г. № 06АП-6169/2014 было изменено, с МУП г. Магадана «М» в пользу МБУ г. Магадана «Г» взыскана сумма основного долга 691 345 рублей 60 копеек, сумма неустойки в размере 209 478 рублей 04 копеек, сумма расходов на оплату госпошлины в размере 20 263 рублей 38 копеек, в удовлетворении остальной части требований отказано.

1.3. В случае признания договора незаключённым его условия о размере пеней применению не подлежат (дело № А37-2118/2013).

УМП «Э» обратилось в Арбитражный суд Магаданской области с иском к УМП «К» о взыскании 7 088 975 рублей 36 копеек, из которых 2 119 794 рублей 38 копеек — долг по арендной плате за сентябрь 2013 года по договору аренды от 01 сентября 2013 г., 1 685 535 рублей 60 копеек — пени за просрочку внесения арендных платежей за период с 06 октября 2013 г. по 12 ноября 2013 г., 3 283 645 рублей 28 копеек — неосновательное обогащение за пользование имуществом за период с 01 октября 2013 г. по 13 декабря 2013 г.

Иск обоснован тем, что ответчик по договору аренды получил в пользование имущество, при этом полностью не оплатил арендные платежи за сентябрь 2013 года по согласованному на этот месяц размеру и за последующие периоды фактического пользования объектами аренды по той же цене. Поэтому с ответчика в пользу истца должен быть взыскан долг за сентябрь 2013 года, пени, начисленные за просрочку его уплаты, а также неосновательное обогащение за пользование имуществом в период с октября по декабрь 2013 года по правилам статей 614, 1102, 1105 ГК РФ.

Решением Арбитражного суда Магаданской области от 09 апреля 2014 г. с ответчика в пользу истца взыскано 2 119 794 рубля 48 копеек основного долга, 3 283 645 рублей 28 копеек неосновательного обогащения, 168 553 рубля 56 копеек пеней. В остальной части иска отказано.

Решение мотивировано тем, что договором аренды согласовано условие о размере арендной платы только на сентябрь 2013 года, на остальные периоды соглашения по данному вопросу, как это предусмотрено договором, не достигнуты. Как следствие, в силу статьи 432 ГК РФ договор аренды является незаключённым. Таким образом, ответчик обязан оплатить истцу стоимость пользования арендованным имуществом за сентябрь 2013 года по цене, согласованной в договоре, за остальные периоды пользования (октябрь-декабрь 2013 года) — по правилам статей 1102, 1105 ГК РФ в заявленном истцом размере, а также уплатить неустойку, начисленную на остаток задолженности за сентябрь 2013 года. При этом суд снизил размер предъявленной ко взысканию неустойки по правилам статьи 333 ГК РФ.

Постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 02 июля 2014 г. решение оставлено без изменения. При этом апелляционный суд, оценивая договор аренды, признал его прекратившим действие с октября 2013 года по причине недостижения сторонами соглашения о размере арендной платы.

Постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 29 декабря 2014 года № Ф03-4529/2014 вышеназванные решение и постановление Шестого арбитражного апелляционного суда по делу № А37-2118/2013 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Магаданской области.

Суды установили, что между УМП «Э» (арендодатель) и УМП «К» (арендатор) заключён договор аренды. Предметом данной сделки определён комплекс объектов, предназначенных для выполнения работ по производству электрической, тепловой энергии, горячему и холодному водоснабжению, вывозу жидких бытовых отходов и других коммунальных услуг, в том числе, здания, сооружения, оборудование, техника (приложение № 1 к договору).

Согласно пункту 3.3.11 договора за пользование имуществом по договору с 01 сентября 2013 г. по 30 сентября 2013 г. арендатор уплачивает арендную плату в размере 3 759 000 рублей без учёта НДС. За последующие периоды величина арендной платы устанавливается дополнительными соглашениями, которые заключаются не позднее 25 числа месяца предшествующего месяцу оплаты, и являются неотъемлемыми частями договора. Сумма арендных платежей перечисляется не позднее 5 числа месяца, следующего за расчётным.

За нарушение срока внесения арендной платы арендатор уплачивает арендодателю пени за каждый день просрочки в размере 1% от размера подлежащего перечислению платежа (пункт 4.3 договора).

Судом установлено и не оспаривается сторонами, что соглашения о размере арендной платы в период с 01 октября 2013 г. по 13 декабря 2013 г. не заключены.

Суд кассационной инстанции указал, что суд первой инстанции, оценивая договор аренды с позиции того, что между сторонами не достигнуты соглашения о размере арендных платежей на октябрь-декабрь 2013 года, правомерно признал его незаключённым. При этом кассационный суд учитывает, что предмет данной сделки включает ряд объектов недвижимости (зданий, сооружений), следовательно, она подчиняется правилам пункта 1 статьи 654 ГК РФ о необходимости согласования в договоре размера арендных платежей. Помимо этого, суд первой инстанции верно обратил внимание на то, что стороны прямо предусмотрели необходимость достижения соглашений о размере арендной платы на весь период пользование имуществом, то есть собственным волеизъявлением придали существенный характер условию о размере арендной платы арендованного имущества, включая движимое (пункт 1 статьи 432 ГК РФ).

Вместе с тем, в противоречие выводу о незаключённости договора аренды суд первой инстанции руководствовался его условиями о размере арендной платы при взыскании стоимости пользования имуществом, а также пеней, хотя последняя, в силу статьи 330 ГК РФ, является мерой ответственности, применяемой, когда это предусмотрено законом либо договором.

Признавая договор аренды прекратившим действие в связи с недостижением сторонами соглашения о размере арендной платы на период октябрь-декабрь 2013 года, апелляционный суд не привёл ссылки на нормы права, из которых исходил, делая такой вывод. Между тем срок действия договора аренды определён до 13 декабря 2013 г., соглашение сторон о расторжении данной сделки отсутствует. Оценивая договор подобным образом, апелляционный суд указал, что к выводу о прекращении его действия пришёл суд первой инстанции, хотя такой вывод в решении отсутствует.

Как следствие, судебные акты в части оценки договора аренды с позиций заключённости и периода регулирования отношений сторон, а также в части взыскания неустойки не могут быть признаны достаточно обоснованными.

При таких обстоятельствах Арбитражный суд Дальневосточного округа решение и постановление апелляционного суда отменил на основании частей 1, 2 статьи 288 АПК РФ как принятые по неполно выясненным обстоятельствам дела и с неверным применением норм права. Направив дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, суд кассационной инстанции указал на необходимость устранения противоречий, связанных с оценкой договора аренды на предмет его заключённости, а также на необходимость определения, по какой цене должно быть оплачено пользование имуществом истца за весь спорный период с учётом требований подлежащих применению норм права, а также исследовать вопрос о возможности применения к арендатору ответственности в виде неустойки, согласованной в договоре.

При новом рассмотрении Арбитражный суд Магаданской области решением от 24 июня 2015 г. отказал истцу в удовлетворении исковых требований в полном объёме, так как задолженность ответчика за указанный в иске период была погашена, а истец правом на отказ от иска в порядке статьи 49 АПК РФ не воспользовался.

2. Дела, связанные с залоговыми обязательствами.

В связи с тем, что в отчёте о работе Арбитражного суда Магаданской области не отражаются сведения о данной категории дел, для подготовки обобщения судебной практики использовался сервис «Банк решений» Картотеки дел.

С применением положений статей 334 — 358.18 параграфа 3 главы 23 ГК РФ «Залог» (в редакции ГК РФ, действовавшей на момент принятия решений судом первой инстанции) в 2014 году рассмотрено дело № А37-1325/2014 (постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда оставлено без изменений), а также 2 заявления в рамках дела № А37-425/2013 о включении требований в реестр требований кредиторов должника, как требований, обеспеченных залогом имущества должника (постановлениями Шестого арбитражного апелляционного суда отменены).

2.1. Согласно пункту 22.2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 г. № 58 «О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя» возбуждение дела о банкротстве залогодателя, не являющегося должником по обеспеченному залогом обязательству, является основанием для требования о досрочном исполнении обеспеченного залогом обязательства применительно к подпункту 2 пункта 2 статьи 351 ГК РФ (дело № А37-425/2013 входящий 3).

Решением Арбитражного суда Магаданской области от 17 октября 2013 г. должник, ООО «Ф», признан несостоятельным (банкротом), введено конкурсное производство.

11 октября 2013 г. в суд обратился Банк о включении требований в размере 28 626 000 рублей в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Ф», как требований, обеспеченных залогом имущества должника.

Определением суда от 27 февраля 2014 г. (входящий 3) в удовлетворении требований отказано.

Шестой арбитражный апелляционный суд отменил указанное определение, требования Банка удовлетворил частично, указав на следующее.

Между Банком и ООО «У» был заключён кредитный договор на сумму 25 000 000 рублей под 14% годовых.

Погашение кредита осуществляется согласно графику, содержащемуся в приложении № 1. Окончательный срок возврата кредита – 03 октября 2014 г.

В обеспечение заёмщиком своих обязательств между Банком и ООО «Ф» заключены договоры от 05 октября 2012 г. № 124000/0041-4 о передаче в залог Банку бульдозера D-10N, погрузчика ZL-50G, бульдозера D-375 А-2, бульдозера Т-35.01 общей балансовой (остаточной) стоимостью 8 095 150 рублей 41 копейка, залоговой стоимостью 27 625 000 рублей 00 копеек, а также договор о залоге оборудования – промывочного прибора ГГМ-3 балансовой (остаточной) стоимостью 163 952 рубля 84 копейки, залоговой стоимостью 1 000 000 рублей 00 копеек.

Ссылаясь на неисполнение ООО «У» своих обязанностей по погашению кредита в установленные сроки и наличие задолженности в общей сумме 25 790 085 рублей 56 копеек, а также на введение в отношении ООО «Ф» процедуры банкротства, Банк обратился в суд с настоящим требованием о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности, которая составляет залоговую стоимость имущества, установленную в договорах залога.

Отказывая в удовлетворении требования, суд первой инстанции пришёл к выводу об отсутствии для этого оснований в связи с неистечением окончательного срока погашения кредита, непредъявлением Банком требований о досрочном погашении кредита заёмщику ООО «У», а также отсутствием части заложенного имущества.

Повторно рассмотрев дело по имеющимся в нём доказательствам, арбитражный суд апелляционной инстанции счёл определение суда подлежащим отмене, а заявленные требования – удовлетворению в связи со следующим.

В соответствии со статьёй 2 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) кредиторами признаются лица, имеющие по отношению к должнику права требования по денежным обязательствам и иным обязательствам, об уплате обязательных платежей, о выплате выходных пособий и об оплате труда лиц, работающих по трудовому договору.

Согласно абзацу 2 пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве установление размера требований кредиторов в ходе конкурсного производства осуществляется в порядке, предусмотренном статьёй 100 настоящего Федерального закона.

В соответствии с абзацем 7 пункта 1 статьи 126 Закона о банкротстве все требования кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, иные имущественные требования, за исключением текущих платежей, указанных в пункте 1 статьи 134 данного закона могут быть предъявлены в ходе конкурсного производства.

Согласно пункту 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 г. № 35 в силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Как видно из материалов дела, Банк в обоснование своих требований представил доказательства наличия между ним и должником по делу о банкротстве отношений по залогу имущества в обеспечение обязательств третьего лица – ООО «У».

При этом, как разъяснил Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в пункте 20 Постановления Пленума от 23 июля 2009 г. № 58 «О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя» (далее – Постановление Пленума № 58) в соответствии с пунктом 5 статьи 138 Закона о банкротстве требования залогодержателей по договорам о залоге, заключённым с должником в обеспечение исполнения обязательств иных лиц, также удовлетворяются в порядке, предусмотренном статьёй 138 Закона. Указанные залогодержатели обладают правами конкурсных кредиторов, требования которых обеспечены залогом имущества должника, во всех процедурах, применяемых в деле о банкротстве.

Для установления судом, рассматривающим дело о банкротстве, требований залогодержателя решение суда о взыскании долга с основного должника не требуется.

Согласно пункту 1 указанного Постановления при рассмотрении вопроса об установлении и включении в реестр требований конкурсных кредиторов, обеспеченных залогом имущества должника, судам необходимо учитывать, в числе прочего, имеется ли у должника заложенное имущество в натуре (сохраняется ли возможность обращения взыскания на него). Если заложенное имущество выбыло из владения залогодателя, в том числе в результате его отчуждения, но право залога сохраняется, то залогодержатель вправе реализовать свое право посредством предъявления иска к владельцу имущества. В этом случае суд отказывает кредитору в установлении его требований в деле о банкротстве как требований, обеспеченных залогом имущества должника.

Также в пункте 22.2 данного постановления указано, что возбуждение дела о банкротстве залогодателя, не являющегося должником по обеспеченному залогом обязательству, является основанием для требования о досрочном исполнении обеспеченного залогом обязательства применительно к подпункту 2 пункта 2 статьи 351 ГК РФ.

Таким образом, возбуждение дела о банкротстве залогодателя одновременно влечёт возникновение требования о досрочном исполнении обязательства основным должником и предъявления кредитором соответствующих требований к залогодателю.

Доводы ФНС России о платёжеспособности ООО «У», которое само в состоянии выплатить долги по кредиту, а также о непредъявлении Банком требований к основному должнику о погашении обязательства были отклонены судом апелляционной инстанции, как не имеющие правового значения, поскольку возможность предъявления требований залогодержателя о досрочном исполнении обеспеченного залогом обязательства, в соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 351 ГК РФ и разъяснениями данными в пункте 22.2 Постановления Пленума № 58, поставлены в зависимость от факта возбуждения дела о банкротстве залогодателя, не являющегося должником по обеспеченному залогом обязательству. В связи с этим суд не обязан проверять платёжеспособность основного должника и соблюдение им графика погашения задолженности.

Согласно пункту 20 Постановления Пленума № 58 при решении вопроса об установлении требований залогодержателя в деле о банкротстве следует исходить из того, что размер этих требований определяется как сумма денежного удовлетворения, на которое может претендовать залогодержатель за счёт заложенного имущества, но не свыше оценочной стоимости данного имущества. Стоимость заложенного имущества определяется арбитражным судом на основе оценки заложенного имущества, предусмотренной в договоре о залоге, или начальной продажной цены, установленной решением суда об обращении взыскания на заложенное имущество, с учётом доводов заинтересованных лиц об изменении указанной стоимости в большую или меньшую сторону.

В договорах о залоге предусмотрена оценка имущества. Общая залоговая стоимость имущества составляет 28 625 000 рублей 00 копеек.

Общая рыночная стоимость имущества согласно отчёту об оценке ООО «Ц» от 01 октября 2012 г. составляет 36 294 700 рублей 00 копеек, то есть выше залоговой стоимости. Доказательств изменения указанной стоимости в большую или меньшую сторону заинтересованными лицами не представлено.

При таких обстоятельствах, заявление Банка о включении в реестр требований кредиторов ООО «Ф» его требований в размере 28 625 000 рублей 00 копеек является обоснованным.

Вместе с тем, согласно инвентаризационной описи основных средств – АМТС, самоходных машин, прицепов к самоходным машинам ООО «Ф» от 29 января 2014 г. № 1, бульдозер D-375 А-2 1996 года выпуска и бульдозер Т-35.01 1997 года выпуска фактически отсутствуют, остальное имущество в наличии имеется. Согласно справке банка без даты и номера об осмотре залогового имущества 29 января 2014 г. бульдозер D-375 А-2 и бульдозер Т-35.01 на базе ООО «Ф» отсутствуют, осмотреть указанную технику не представилось возможным. Остальное имущество имеется в наличии, находится на производственной базе ООО «Ф».

Следовательно, требования банка на сумму отсутствующего имущества не могут быть признаны обеспеченными залогом имущества должника.

Стоимость отсутствующего имущества составляет 15 136 000 рублей 00 копеек. Стоимость имущества, имеющегося в наличии – 13 489 000 рублей 00 копеек.

В связи с изложенным, Шестой арбитражный апелляционный суд признал обеспеченными залогом имущества должника только требования на сумму 13 489 000 рублей 00 копеек.

Определение Арбитражного суда Магаданской области от 27 февраля 2014 г. по делу № А37-425/2013 было отменено, в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Ф» включены требования Банка в сумме 28 625 000 рублей 00 копеек, из которых 13 489 000 рублей 00 копеек, как обеспеченные залогом имущества должника.

По аналогичным основаниям было отменено определение суда от 27 февраля 2014 г. по делу № А37-425/13 (входящий 2).

3. Дела по рассмотрению споров об удержании имущества.

В связи с тем, что в отчёте о работе Арбитражного суда Магаданской области не отражаются сведения о данной категории дел, для подготовки обобщения судебной практики использовался сервис «Банк решений» Картотеки дел.

С применением положений статей 359 — 360 параграфа 4 главы 23 ГК РФ «Удержание» (в редакции ГК РФ, действовавшей на момент принятия решений судом первой инстанции) в 2014 году рассмотрено 1 дело: № А37-380/2014 (судебный акт оставлен судом апелляционной инстанции без изменений).

4. Дела по спорам, возникающим из договоров поручительства.

В связи с тем, что в отчёте о работе Арбитражного суда Магаданской области не отражаются сведения о данной категории дел, для подготовки обобщения судебной практики использовался сервис «Банк решений» Картотеки дел.

С применением положений статей 361-367 параграфа 5 главы 23 ГК РФ «Поручительство» в 2014 году рассмотрено дело А37-89/2014 (судебный акт оставлен судами апелляционной и кассационной инстанций без изменений), кроме того, в рамках дела № А37-2291/2012 было рассмотрено заявление конкурсного управляющего должника о признании недействительным договора поручительства (постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 08 октября 2014 г. № 06АП-4418/2014 определение суда первой инстанции было отменено, постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 29 января 2015 г. № Ф03-5695/2014 постановление суда апелляционной инстанции оставлено без изменений).

4.1. В соответствии с пунктом 12.2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сам по себе тот факт, что другая сторона сделки является кредитной организацией, не может рассматриваться как единственное достаточное обоснование того, что она знала или должна была знать о признаках неплатёжеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 2 статьи 61.2 или пункт 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве); оспаривающее сделку лицо должно представить конкретные доказательства недобросовестности кредитной организации (дело № А37-2291/2012).

Решением Арбитражного суда Магаданской области от 22 апреля 2013 г. ООО «Э» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

В рамках дела о банкротстве конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве договора поручительства, заключённого между Банком и должником.

Определением суда от 10 июля 2014 г. заявление арбитражного управляющего удовлетворено.

Постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 08 октября 2014 г. № 06АП-4418/2014 вышеназванное определение отменено, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 29 января 2015 г. № Ф03-5695/2014 постановление апелляционной инстанции оставлено без изменения с указанием на следующее.

Как усматривается по материалам дела, между Банком (кредитор) и ООО «Э» (поручитель) заключён договор поручительства, по условиям которого поручитель обязуется отвечать перед кредитором за исполнение ООО «Ф» (заемщик) его обязательств по кредитному договору, существенными условиями которого являются: размер кредита (лимит выдачи) — 14 000 000 рублей 00 копеек; срок окончательного возврата – 14 декабря 2012 г.; процентная ставка — 13 процентов годовых. За неисполнение или ненадлежащее исполнение заёмщиком принятых обязательств по основному договору, поручитель отвечает перед кредитором (Банком) солидарно с заёмщиком в том же объёме, как и заёмщик (пункты 2.1, 2.2 договора).

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Э», Банк обратился с заявлением об установлении размера требований кредиторов и их включении в реестр требований кредиторов должника, ссылаясь в качестве основания для удовлетворения заявления на вышеназванный договор поручительства.

Конкурсный управляющий, полагая, что данная сделка была совершена в целях причинения ущерба имущественным правам кредиторов, а также заключена в отсутствие равноценного встречного исполнения, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции пришёл к выводу о наличии оснований для признания оспариваемого договора недействительной (ничтожной) сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 10, 168 ГК РФ, поскольку договор заключён с заинтересованным лицом на заведомо невыгодных для должника условиях, в ущерб финансовым интересам должника и его кредиторов.

Апелляционная инстанция, не соглашаясь с выводом суда первой инстанции, обоснованно исходила из следующего.

В соответствии с пунктом 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключённых или исполненных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершённые должником или другими лицами за счёт должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Федеральном законе.

Из материалов дела следует, что заявление о признании ООО «Э» несостоятельным (банкротом) принято к производству определением Арбитражного суда Магаданской области от 23 апреля 2012 г., оспариваемый договор заключён 20 апреля 2011 г., то есть более чем за 1 год до принятия заявления о признании ООО «Э» банкротом.

В этой связи апелляционный суд пришёл к обоснованному выводу о наличии признаков её недействительности по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — постановление Пленума № 63) разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинён вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учётом пункта 7 постановление Пленума № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В соответствии со статьёй 2 Закона о банкротстве под неплатёжеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств, при этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Согласно пункту 7 постановление Пленума № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве), либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатёжеспособности или недостаточности имущества должника.

При исследовании и оценке имеющихся в материалах дела доказательств в порядке статьи 71 АПК РФ, апелляционный суд установил отсутствие у должника на момент совершения оспариваемой сделки, признаков недостаточности имущества.

Так, согласно данным бухгалтерского баланса по состоянию на 31 декабря 2010 г. стоимость активов ООО «Э» составляла 16 742 тыс. руб. (7201 тыс. руб. — основные средства, 9541 тыс. руб. — оборотные активы), а размер краткосрочных обязательств — 16 638 тыс. руб., то есть, имеет место превышение стоимости имущества (активов) над размером обязательств и как следствие отсутствие признаков недостаточности имущества.

Аналогичное соотношение активов и обязательств поручителя отражено и по итогам деятельности за 1 квартал 2011 года: общая сумма активов составила 15 565 тыс. руб., а размер краткосрочных обязательств — 15 234 тыс. руб. С учётом установленного апелляционным судом, сделан правильный вывод об отсутствии оснований для признания договора поручительства недействительной (ничтожной) сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Оценивая оспариваемую сделку на предмет наличия признаков её недействительности по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 ГК РФ, апелляционный суд исходил из разъяснений, изложенных в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12 июля 2012 г. № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством», а также в пункте 15.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 апреля 2009 г. № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», согласно которым, заключение договора поручительства может быть вызвано наличием у заёмщиков и поручителей в момент выдачи поручительства общих экономических интересов (например, основное и дочернее общества, преобладающее и зависимое общества, общества, взаимно участвующие в капиталах друг друга, лица, совместно действующие на основе договора простого товарищества).

Апелляционный суд, исследовав оборотно-сальдовые ведомости по счетам 60 «Расчеты с поставщиками и подрядчиками» и 62 «Расчеты с покупателями и заказчиками» ООО «Э» и ООО «Ф», расшифровки дебиторской и кредиторской задолженности к ним, установил, что между участниками спорных правоотношений имелись определенные хозяйственные связи, обусловившие экономическую целесообразность заключения договоров поручительства.

Тот факт, что директором ООО «Ф» и ООО «Э» является одно и тоже лицо, не может свидетельствовать о справедливости лишения таких договоров юридической силы, поскольку поручительство, как правило, и выдается при наличии корпоративных либо иных связей между поручителем и должником, в силу чего один лишь факт, что поручительство дано при названных обстоятельствах, сам по себе не подтверждает порочность сделки по выдаче такого обеспечения.

Установив, что оспариваемый договор заключён более чем за 1 год до принятия заявления о признании ООО «Э» банкротом, отсутствие в этой сделке признаков, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, апелляционный суд правомерно отказал в удовлетворении требований о признании договора поручительства недействительным.

Выводы апелляционного суда соответствуют правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 11 февраля 2014 г. № 14510/13 по делу № А67-6922/2011.

В связи с изложенным, постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 29 января 2015 г. № Ф03-5695/2014 постановление апелляционной инстанции оставлено без изменения.

5. Дела по разрешению споров, связанных с предоставлением банковской гарантии.

В связи с тем, что в отчёте о работе Арбитражного суда Магаданской области не отражаются сведения о данной категории дел, для подготовки обобщения судебной практики использовался сервис «Банк решений» Картотеки дел.

С применением положений статей 368 — 379 параграфа 6 главы 23 ГК РФ «Банковская гарантия» (в редакции ГК РФ, действовавшей на момент принятия решений судом первой инстанции) в 2014 году рассмотрено 4 дела: №№ А37-2004/2013 (судебный акт оставлен судом апелляционной инстанции без изменений), А37 -139/2014 (информация отражена в разделе по неустойке), А37 -1289/2014 (не обжаловалось), А37 -1592/2014 (оставлен судом апелляционной инстанции без изменений).

Споров, связанных с применением статей 380-381 параграфа 7 главы 23 ГК РФ «Задаток», в 2014 году рассмотрено не было.

По результатам анализа судебных актов, вынесенных судьями Арбитражного суда Магаданской области в 2014 году, можно сделать вывод, что основную массу дел, рассмотренных судьями в рамках главы 23 ГК РФ, составляют дела, связанные со взысканием неустойки (статьи 330 — 333 главы 23 ГК РФ) . В подавляющем большинстве случаев законодательство, регулирующее правоотношения по обеспечению исполнения обязательств, судьи применяют правильно, сложившаяся практика единообразна.

В тоже время, следует обратить внимание, что при исчислении суммы неустойки, в том числе, при определении начальной даты начисления суммы неустойки, следует принимать во внимание наличие или отсутствие договорных отношений между сторонами, условия договоров, заключённых между сторонами в данной части, наличие в протоколах разногласий и согласования разногласий к указанным договорам изменений условий о неустойке.

При применении статей 334 — 358.18 параграфа 3 главы 23 ГК РФ «Залог» в рамках рассмотрения дел о несостоятельности (банкротстве), следует обращать особое внимание на влияние норм законодательства о несостоятельности (банкротстве) на возникшие между сторонами правоотношения.

При вынесении судебных актов необходимо учитывать разъяснения, изложенные в постановлениях Пленумов Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации.

Смотрите еще:

  • Юрист гай в римском праве Гай римский юрист Кроме "Институций", Г. принадлежит целый ряд специальных юридических трактатов, сведения о которых сохранились в 535 отрывках из них, помещенных в Дигестах Юстиниана. В […]
  • Закон о полиции 3-фз от 07022011 редакция 2018 Скачать федеральный закон о гражданстве рф Технический регламент о гражданах россии ранее действовавшим законодательством о следственном комитете. скачать федеральный закон о гражданстве […]
  • Закон о полиции статья 21 аудио О Национальной полиции Статья 21. Руководитель и заместители руководителя полиции 1. Непосредственное руководство полицией осуществляет руководитель полиции. 2. Глава полиции назначается […]
  • Договор на рассрочку натяжные потолки Договор о монтаже натяжного потолка БЦ «Возрождениe Автово» ул. Автовская дом 17 офис 303 (третий этаж). с 10-00 до 18-00 с понедельника по пятницу. Дежурный менеджер принимает […]
  • Закон рф о судебных приставах Закон рф о судебных приставах Федеральный закон "О судебных приставах" N 118-ФЗ - Скачать бесплатно понедельник, 23 марта 2015 г. Полный текст документа - Глава 1, Глава 2, Глава 3, […]
  • Трудовой кодекс казахстана 2014 год Трудовой кодекс РКСтатья 51. Порядок прекращения трудового договора по истечении срока 1. Трудовой договор, заключенный на определенный срок, прекращается в связи с истечением его […]