Нешатаева т н международный гражданский процесс м 2001

Нешатаева т н международный гражданский процесс м 2001

После долгих лет работы в 2002 году были приняты новые Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации и Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации.

Разработка нового процессуального законодательства преследует широкий спектр целей, среди которых следует выделить международно – правовой аспект. Это было особо подчёркнуто в Послании Президента Российской Федерации В.В. Путина Федеральному Собранию Российской Федерации: «Нам необходим такой суд, который уважают и в стране, и за её пределами. И эта задача – не только политическая, но не в последнюю очередь – экономическая. Эффективная судебная система, я уже об этом говорил с самого начала, нужна и для того, чтобы у отечественных и иностранных компаний не возникло сомнений в её авторитете и действенности» [1] .

Однако урегулирование вопросов, связанных с рассмотрением споров с иностранным элементом, определение правил подсудности, вопросов правовой помощи нормами ГПК РФ И АПК РФ не разрешило всех проблем, возникающих в правоприменительной деятельности. В отношениях с «иностранным элементом» вступают во взаимодействие различные национальные правопорядки, находящие выражение во внутригосударственных правовых нормах. В этой связи возникает задача регламентации указанного взаимодействия. На сегодняшний день наиболее эффективным средством установления пределов действия национальных правовых норм в случаях, когда оказываются затронутыми интересы двух и более государств, является международное право. Международно-правовое регулирование выступает своеобразным согласованным механизмом, обеспечивающим взаимодействие по крайней мере двух национальных правопорядков. Правовой основой международного механизма реализации материальных норм международного права является международный гражданский процесс.

Отношения, являющиеся предметом международного гражданского процессуального права, изучаются несколькими науками – международным правом, международным частным правом, гражданским процессуальным правом, арбитражным процессуальным правом.

В отечественной науке международного частного права (далее – МЧП) «международный гражданский процесс», как правило, включается в отрасль правоведения международного частного права. Некоторыми учёными при этом делается оговорка, что в область объективного права – (отрасль права международного частного права) – «международный гражданский процесс» не входит, будучи частью национального гражданского процессуального права [2] .

Л.А. Лунц, Н.И. Марышева считают международный гражданский процесс отраслью внутригосударственного права, регулирующего деятельность органов юстиции по гражданским делам [3] . Когда речь идёт о международном гражданском процессе как отрасли правоведения, соответствующие проблемы, по мнению указанных авторов, следует отнести к науке международного частного права (как её особого подраздела), ибо все они тесно связаны с другими вопросами регулирования гражданских, семейных и трудовых отношений, содержащих иностранный элемент и возникающих в условиях международной жизни [4] .

С критикой «раздвоения» международного гражданского процесса (отрасли и науки), а, соответственно, и несовпадения отрасли и науки МЧП выступил М.Н. Кузнецов. Он полагает целесообразным рассматривать международный гражданский процесс в рамках одной отрасли – международного частного права [5] .

По мнению Л.П. Ануфриевой, в состав МЧП как отрасли права необходимо включить международный гражданский процесс: специфические аспекты процессуального положения иностранных граждан, лиц без гражданства, а также иностранных государств получают соответствующее опосредование в общем регулировании их статуса в регулировании их статуса в решении проблем их правового положения как в гражданском, так и гражданско-процессуальном ракурсах в целом – в рамках международного частного права [6] .

Т.Н. Нешатаева под международным гражданским процессом понимает комплекс международных и внутригосударственных норм, являющийся институтом МЧП и регламентирующий взаимосвязь и взаимодействие национальных и международных органов правосудия (других правоохранительных органов), которые осуществляют производство по гражданским делам с целью определения и защиты нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов личности и общества [7] .

Небезынтересным является рассмотрение в отечественной и зарубежной доктрине особенностей регулирования процессуальных правоотношений, в которых присутствуют иностранные элементы; Они исследуются в рамках работ по национальному гражданскому процессуальному праву [8] .

К национальному гражданскому процессуальному праву международный гражданский процесс относят И.А. Грингольц, В.П. Звеков, С.Н. Лебедев, Л.А. Лунц, И.С. Перетерский, В.С. Поздняков, М.Г. Розенберг и другие [9] .

Некоторые авторы (Г. Геймер) идут ещё дальше и говорят о международном гражданском процессе как о самостоятельной отрасли внутригосударственного права [10] .

Х. Шак рассматривает международный гражданский процесс как самостоятельную отрасль права. Он полагает, что цель международного гражданского процесса скорее частно — правовая, в то время как средства, которыми он пользуется, скорее публично-правовые. «С этой точки зрения вряд ли следует причислять международный гражданский процесс к той или другой отрасли; он должен акцептироваться как самостоятельная правовая материя» [11] .

Таким образом, палитра мнений по вопросу о международном гражданском процессе достаточно широка. Однако общим для указанных точек зрения является то, что международный гражданский процесс рассматривается вне зависимости от его принадлежности к той или иной системе права.

В науке гражданского процесса в последнее время отмечается значительное повышение интереса к международно-правовым вопросам гражданского процесса [12] . Необходимость четкого определения данному феномену возникла на фоне наметившейся тенденции последних лет к возрастанию роли международных соглашений по вопросам гражданского процесса. Интеграция обусловила интенсивную унификацию права, прежде всего материального, а затем и процессуального. Закономерность очевидна: единая экономика требует общего правового пространства, в том числе единообразного применения норм международного права, эффективного механизма рассмотрения и разрешения транснациональных споров, исполнения судебных решений. На данном этапе наблюдается тенденция к унификации норм, направленных на регулирование процессуальных отношений, возникающих в связи с международным гражданским (хозяйственным) оборотом.

Среди многосторонних соглашений, посвященных, в частности, регулированию международной подсудности, признанию и исполнению иностранных судебных актов, можно выделить Брюссельскую Конвенцию о подсудности и исполнении судебных постановлений по гражданским и торговым делам от 27 сентября 1968 года [13] , Луганскую Конвенцию о юрисдикции и приведении в исполнение судебных решений по гражданским и коммерческим делам 1988 года. Применяемая в этих конвенциях техника регулирования обеспечивает гибкое согласование предписаний международного соглашения с правом каждого государства — участника.

Процесс как деятельность, как порядок производства по гражданским, семейным, торговым делам отражается в международном гражданском процессуальном праве (далее – МГПП) и определяется нормами МГПП.

Прежде чем давать определение МГПП и указать его место в системе права, необходимо установить, какие нормы его образуют. Если МГПП состоит из норм только одной системы права (национальной), то МГПП — подотрасль гражданского и арбитражного процессуального права. Если МГПП составляют нормы разных систем права (международного и национального), то говорить об отрасли или подотрасли одной системы права нельзя, т.к. отрасль – категория только одной системы права. Формы права одной системы права не могут быть формами права другой системы [14] .

Нормы МГПП, одной стороны, закрепляют общие стандарты национального гражданского процесса, придерживаться которых государство обязалось, став участником соответствующих международных соглашений, с другой стороны – правила производства по гражданским, семейным, торговым делам, обязательные для субъектов российского гражданского процесса. При этом предмет регулирования МГПП выходит за рамки традиционно понимаемых гражданско-процессуальных отношений. Взаимодействие правовых систем проявляется в согласованном регулировании отношений, относящихся к совмещенному предмету регулирования.

Помимо собственно вопросов гражданского судопроизводства в предмет МГПП входят отношения о:

1) компетенции судов (подведомственности и подсудности) в отношении дел, возникающих по гражданским, семейным, трудовым правоотношениям с иностранным или международным элементом, юридическом значении производства по данному делу, возбужденному в иностранном суде и там не законченному;

2) процессуальном положении участников гражданского судопроизводства — иностранных физических и юридических лиц, государств, дипломатических и консульских агентов, должностных лиц международных организаций;

3) допустимости доказательств, полученных в иностранном государстве;

4) порядке установления содержания иностранного (материального и процессуального) права и его применении;

5) правовой помощи по гражданским, торговым, семейным делам, включая судебные поручения, признание иностранных арбитражных соглашений, принудительное исполнение решений иностранного арбитража, признаниие иностранных административных актов по вопросам личного статуса граждан;

6) об участии нотариусов и других органов в защите личных неимущественных и имущественных прав участников международно – правовых отношений.

По моему мнению, МГПП включает нормы разных систем права, поскольку, нормы, образующие МГПП, нацелены на оформление связи и взаимодействия правопорядков, в которых оформляется процессуальная защита прав и свобод.

Гражданско-процессуальное отношение, лишенное иностранного элемента, подлежит регулированию, как правило, нормами одной системы права. Поэтому защита права осуществляется в одном государстве. Аналогичное отношение, содержащее иностранный элемент, потенциально подпадает под действие нескольких систем права, и несколько юрисдикций могут претендовать на компетенцию по защите прав. Для юридического оформления взаимодействия систем права между различными гражданско-правовыми процедурами (национальными и международными), направленными на защиту гражданских прав и свобод и призвано служить МГПП.

МГПП, таким образом, — не отрасль права, нормы между­народного и национального права не могут составлять объективно существующую единую совокупность норм, поскольку по своей юридической природе — это нормы различных систем права. В отрасль права включаются нормы, входящие в одну систему права; в данном случае мы наблюдаем отличное от отрасли (подотрасли) правовое образование. Предпринимаемые попытки конструирования «межсистемных отраслей» или «межсистемных институтов» кажутся искус­ственными; Принадле­жащие к различным правовым системам нормы взаимодействуют как нормативный комплекс не в статическом состоянии, а в правоприменительном процессе, в целях решения кон­кретной задачи, урегулирования конкретного правоотношения.

Следовательно, МГПП включает в себя нормы различных систем права. Каждая система имеет в своем составе нормы, функциональная направленность которых выходит за рамки её «собственной» сферы вследствие существования специфических ситуаций (отношений) с общим для обеих систем (можно сказать, совмещённым) объектом, на который ориентировано их регулятивное действие. Благодаря совмещённому объекту определённые группы межгосударственных и внутригосударственных отношений образуют сложные комплексы, регулирование которых является функцией и международно-правовых и национально-правовых норм. Соответственно, в обеих системах права в результате государственного волеизъявления выделяются группы норм, обладающих качеством регулятивной совместимости, т.е. способностью выполнять — различными методами – одну и ту же функцию, что обуславливает их согласованное (совместное) применение. Группы разносистемных норм, «состыкованных» в определенные моменты для согласованного (совместного) применения государством в целях решения определённой задачи, могут быть обозначены как правоприменительные комплексы [15] .

Международный гражданский процесс как раз основывается на взаимосвязи разнородных правовых норм – взаимодействии правовых процедур разных государств и международных норм. Взаимодействие разнородных процессуальных норм осуществляется, прежде всего, за счёт отсылочных норм, закрепленных в международных договорах и национальных законах.

Таким образом, нормы МГПП, с одной стороны, являются ориентиром для государств, устанавливая стандарты национального гражданского процесса (например, состязательность, независимость, и т. п.), с другой – непосредственно регулируют гражданско-процессуальные, третейские, арбитражно-процессуальные отношения. Само же МГПП – это комплекс международных и внутригосударственных норм, нацеленный на оформление связи и взаимодействия правопорядков, в которых закрепляются права и свободы и оформляется их процессуальная защита, вследствие существования специфических отношений с совмещённым объектом, на который ориентировано их регулятивное воздействие.

[1] Российская газета. 2002. 3 июля.

[2] Международное частное право: Учебник / Под ред. Г.К. Дмитриевой. М., 2002. С. 558.

Читать онлайн «Международное частное право» автора Богуславский Марк Моисеевич — RuLit — Страница 145

Глава 18. РАССМОТРЕНИЕ СПОРОВ В СУДЕБНОМ ПОРЯДКЕ.

НОТАРИАЛЬНЫЕ ДЕЙСТВИЯ

§ 1. Понятие международного гражданского процесса. § 2. Международная подсудность. § 3. Доступ к правосудию и гражданские процессуальные права иностранных лиц. § 4. Процессуальное положение иностранного государства. § 5. Порядок установления содержания норм иностранного права и последствия неправильного применения этих норм. § 6. Выполнение судебных поручений и оказание иных видов правовой помощи. § 7. Предварительные обеспечительные меры. § 8. Признание и исполнение решений иностранных судов. § 9. Трансграничная несостоятельность. § 10. Нотариальные действия и легализация документов

Перетерский И.С., Крылов С.Б. Международное частное право. М., 1959. С. 188 — 216; Лунц Л.А., Марышева Н.И. Международный гражданский процесс. М., 1976. С. 9 — 213; Лунц Л.А., Марышева Н.И., Садиков О.Н. Международное частное право. М., 1984. С. 269 — 306; Чешир Дж., Норт П. Международное частное право. М., 1982; Курс советского гражданского процессуального права. М., 1981. Т. 2. С. 357 — 400; Советский гражданский процесс. М., 1985. С. 421 — 437; Яблочков Т.М. Курс международного гражданского процессуального права. Ярославль, 1909; Актуальные проблемы международного гражданского процесса / Под ред. Л.М. Галенской. СПб., 2003; Сборник международных договоров Российской Федерации по оказанию правовой помощи. М., 1996; Международное частное право. Сб. документов / Сост. К.А. Бекяшев, А.Г. Ходаков. М., 1997. С. 859 — 868, 911 — 920.

«Комментарий к Арбитражному процессуальному кодексу Российской Федерации» (под ред. В.В. Яркова) включен в информационный банк согласно публикации — Волтерс Клувер, 2004 (2-е издание, исправленное и дополненное).

«Научно-практический комментарий (постатейный) к Федеральному закону «О несостоятельности (банкротстве)» (под ред. В.В. Витрянского) включен в информационный банк согласно публикации — Статут, 2003.

Новая литература. Звеков В.П. Международное частное право. Учебник. М., 2004. С. 543 — 586; Международное частное право. Учебник / Под ред. Г.К. Дмитриевой. М., 2000. С. 557 — 587; Ерпылева Н.Ю. Международное частное право. М., 1999. С. 255 — 285; Международное частное право. Учебник / Под ред. Н.И. Марышевой. М., 2004. С. 511 — 570; Лунц Л.А. Курс международного частного права в трех томах. М., 2002. С. 763 — 938; Шак Х. Международное гражданское процессуальное право. Учебник / Пер. с нем. М., 2001; Елисеев Н.Г. Гражданское процессуальное право зарубежных стран. М., 2000. С. 242 — 269; Гаврилов В.В. Международное частное право. М., 2000. С. 231 — 264; Ануфриева Л.П. Международное частное право. Т. 3 Трансграничные банкротства. Международный коммерческий арбитраж. Международный гражданский процесс. Учебник. М., 2001; Нешатаева Т.Н. Международное частное право и международный гражданский процесс. Учебный курс: В 3 ч. М., 2004. С. 360 — 602; Комментарий к Арбитражному процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. В.Ф. Яковлева, М.К. Юкова. М., 2003; Комментарий к Арбитражному процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. В.В. Яркова. М., 2003; Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. М.С. Шакарян. М., 2003 (авт. коммент. к гл. 43 — 45 разд. V, С. 629 — 681 — Н.И. Марышева); Телюкина М.В. Комментарий к Федеральному закону «О несостоятельности (банкротстве)». М., 2003. С. 10 — 11; Гражданин и предприниматель в российском и зарубежном суде: правовая помощь / Под общ. ред. Т.Н. Нешатаевой. М., 2002; Российский ежегодник гражданского и арбитражного процесса. N 1 (2001). М., 2002. С. 116 — 295; 385 — 386; Нешатаева Т.Н. Иностранные предприниматели в России. Судебно-арбитражная практика. М., 1998; Арбитражный процесс. Учебник / Под ред. В.В. Яркова. М., 2000; Нешатаева Т.Н. Международный гражданский процесс. Учеб. пособие. М., 2001; Светланов А.Г. Международный гражданский процесс: современные тенденции. М., 2002; СНГ: реформа гражданского процессуального права / Под ред. М.М. Богуславского, А. Трунка. М., 2002; Марышева Н.И. Международная правовая помощь и ее виды // Проблемы международного частного права. Сб. статей. М., 2000. С. 190 — 205; Муранов А.И. Исполнение иностранных судебных и арбитражных решений: компетенция российских судов. М., 2002; он же. Международный договор и взаимность как основания приведения в исполнение в России иностранных судебных решений. М., 2003; Телюкина М.В. Конкурсное право (теория и практика несостоятельности (банкротства). М., 2002. С. 79 — 83; Кенсовский П. А. Легализация и признание документов иностранных государств. СПб., 2003; Медведев И.Г. Письменные доказательства в частном праве России и Франции. СПб., 2004. С. 177 — 295; Ярков В.В. Об иммунитете международных организаций в практике российских судов // Международное частное право: современная практика. Сб. статей / Под ред. М.М. Богуславского и А.Г. Светланова. М., 2000. С. 193 — 197; Актуальные проблемы гражданского процесса / Под ред. В.А. Мусина. СПб., 2002. С. 211 — 270; Ефимов Л.В. Вопросы применения международных договоров о взаимном оказании правовой помощи в работе арбитражных судов // Вестник ВАС РФ. 2000. N 3; Марышева Н.И. Присоединение России к Гаагским конвенциям 1965 и 1970 гг. по вопросу гражданского процесса // Журнал российского права. 2001. N 6. С. 66 — 73; Кулешов В.В. Унификация правового регулирования гражданской несостоятельности в рамках ЮНСИТРАЛ // Московский журнал международного права. 2001. N 3. С. 199 — 211; Литвинский Д.В. Взаимность в области признания и исполнения решений судов иностранных государств // Журнал международного частного права. 2002. N 2 — 3. С. 20 — 45; Морщакова Т. Новый порядок взаимного исполнения Россией и Беларусью судебных актов по хозяйственным спорам // Российская юстиция. 2002. N 12. С. 12 — 13; Павлова Н.В. Предварительные обеспечительные меры: понятие, механизм реализации, особенности осуществления в рамках взаимодействия судебных процессов государств // Вестник ВАС РФ. 2002. N 1. С. 135 — 154; Муранов А.И. Компетенция судов общей юрисдикции рассматривать предпринимательские споры с участием иностранных лиц в свете нового АПК РФ // Московский журнал международного права. 2002. N 3. С. 127 — 150; Розенберг М. Некоторые актуальные вопросы применения иностранного гражданского права российскими судами // Хозяйство и право. 2003. N 2. С. 121 — 128; Муранов А.И. Новый порядок взаимного исполнения актов арбитражных судов России и хозяйственных судов Белоруссии. Соглашение от 17 января 2001 г.: значение и проблемы // Московский журнал международного права. 2003. N 4; Витрянский В.В. Постатейный комментарий Федерального закона о несостоятельности (банкротстве). Гл. 1. Ст. ст. 1 — 3 // Вестник ВАС РФ. 2003. N 7. С. 76 — 77; Чеботарев М. Защита прав г
раждан — главный приоритет // ЭЖ-Юрист. 2003. N 7. С. 9; Признание и исполнение иностранных судебных решений по экономическим спорам (документы и комментарии) // Вестник ВАС РФ. 1999. N 3. Приложение к N 3; Вестник ВАС РФ. 2000. N 10. Приложение к N 10; Международное частное право: иностранное законодательство / Сост. А.Н. Жильцов, А.И. Муранов. М., 2001.

§ 1. Понятие международного гражданского процесса

1. В науке международного частного права под международным гражданским процессом обычно понимается совокупность вопросов процессуального характера, связанных с защитой прав иностранцев и иностранных юридических лиц в суде. Это вопросы доступа иностранных лиц к правосудию, их положения в процессе, международной подсудности, оказания правовой помощи судами и другими органами юстиции государств друг другу, сбора доказательств, установления содержания иностранного права, признания и исполнения иностранных судебных решений, совершения нотариальных действий, призванных служить обеспечению прав отечественных граждан и юридических лиц за рубежом. Согласно другому пониманию, международный гражданский процесс — это комплексный институт международного частного права, регламентирующий взаимосвязь и взаимодействие национальных международных процедур, определенных в процессуальных нормах, направленных на защиту и установление гражданских прав (Т.Н. Нешатаева).

Наряду с судебным порядком рассмотрения споров обычно к международному гражданскому процессу относят и вопросы рассмотрения споров в порядке арбитража (в так называемых третейских судах). В настоящем издании эти вопросы рассматриваются в отдельной главе (гл. 19), поскольку международный коммерческий арбитраж — это самостоятельный альтернативный суду порядок рассмотрения споров.

Тенденции развития международного гражданского процесса тема диссертации и автореферата по ВАК 12.00.03, 12.00.15, доктор юридических наук Лисицын-Светланов, Андрей Геннадиевич

Оглавление диссертации доктор юридических наук Лисицын-Светланов, Андрей Геннадиевич

Глава I. Методы международного гражданского процесса в регулировании частноправовых отношений.

1. Взаимосвязь международного гражданского процесса и коллизионного права.

2. Проблемы кодификации международного гражданского процесса как составной части гражданского процессуального законодательства.

3. Общие тенденции интернационализации и глобализации международного гражданского процесса .

4. Проблемы взаимосвязи судопроизводства в международном гражданском процессе.

Глава II. Региональные и универсальные механизмы развития международного гражданского процесса.

1. Роль международного договора в развитии международного гражданского процесса.

2. Совершенствование договорного механизма в рамках Европейского союза.

3. Практика трансатлантических отношений и связанные с ними проблемы.

4. Проблемы присоединения к международным договорам государств -участников СНГ и восточно-европейских стран.

Глава III. Третейский суд в международном гражданском процессе.

1. Место третейского суда в международном гражданском процессе.

2. Сфера применения международного коммерческого арбитража .

3. Конкуренция юрисдикции арбитражных судов РФ и третейских судов.

Введение диссертации (часть автореферата) На тему «Тенденции развития международного гражданского процесса»

Актуальность выбранной темы. Внешнеэкономическое сотрудничество и иностранные инвестиции приобретают для современной России особое значение. Если ее экспортный потенциал предопределяется сырьевой составляющей, то импорт, равно как и привлекаемые инвестиции, находит приложение как во всех секторах экономики, так и в самом широком круге потребителей, начиная от тяжелой промышленности до конкретного человека. Сложившаяся в настоящее время асимметрия в структуре экспорта и импорта, влияющая в конечном итоге и на отношения участников внешнеэкономических связей, очевидно, не будет вечной. На смену значительной импортной зависимости, • по мере укрепления национальной экономики, приходит потребность развития экспортной базы, не тождественная экспорту только сырья. По существу это означает, что российские предприятия должны будут активнее выступать на внешних рынках, т.е. действовать в рамках других юрисдикций . Рассматривая перспективы интеграции России в международную экономику, следует также учитывать перспективы развития и других общественных отношений. Применительно к задачам настоящего исследования необходимо обратить внимание на семейные, наследственные, трудовые отношения, отличительной чертой развития которых является не только количественный рост трудовых споров , браков, разводов, наследственных дел, но и усложнение их содержания. Объектами соответствующих отношений стало практически любое движимое и недвижимое имущество, равно как и весь спектр личных неимущественных прав. Таким образом, уже сейчас, в самых разнообразных сферах значительно возрастает роль проблем, связанных с судебной защитой всего возникающего многообразия правоотношений , в том числе и тех, в которых присутствует иностранный элемент. Новые условия жизни общества ставят и новые задачи перед судебной системой, перед судьями , перед юристами.

• Актуальность проблемы состоит также и в том, что российское процессуальное законодательство, даже в период, начавшийся с реформ, во многом унаследовало подходы, содержавшиеся в ранее действовавшем законодательстве, а правоприменительная практика по делам, где присутствует иностранный элемент, сложившаяся в условиях определенной социально-политической изолированности от развитых стран, только в последнее время вышла за рамки Москвы или Петербурга. Однако в современных условиях, как справедливо отмечает профессор В.В.Ярков, внутрироссийские процессы развития «должны быть увязаны с тенденциями развития основных мировых систем гражданской юрисдикции . Конечно, связь здесь вряд ли может быть прямолинейной, однозначной, однако отрицать такое воздействие в настоящее время вряд ли возможно, исходя хотя бы из обязательств Российской Федерации как члена Совета Европы»1.

Если обратиться к цифрам, то за 2001 г. в арбитражные суды РФ поступило 745626 исковых заявлений; из них иски с участием иностранных лиц составляют примерно 5% от общего числа2. Важно отметить, что весь этот объем дел возник перед судебным корпусом, который до того был фактически изолирован от данных проблем. Достаточно сказать, что арбитражные суды Российской Федерации только с 1995 г. начали рассматривать дела с участием иностранных 1 Ярков В.В. Будущее системы гражданской юрисдикции: попытка прогноза. — В кн.: Система гражданской юрисдикции в канун XXI века: современное состояние и перспективы развития. — Екатеринбург, 2000. лиц. В судах общей компетенции, а затем и в арбитражных судах появились новые категории дел, которые ранее хотя и были формально им подведомственны, но не возникали на практике или были крайне редкими. К ним относятся, например, дела о признании и принудительном исполнении решений международных коммерческих арбитражей , или их оспаривании. Вся судебная система столкнулась с проблемой защиты прав иностранных инвесторов. Возникла проблема международной « конкуренции юрисдикций », в частности по делам о банкротстве. Все эти и другие обстоятельства создают необходимость рассматривать российское судопроизводство не как изолированную, сугубо национальную процедуру, а как элемент интеграции России в мировое сообщество. Естественно, что для реализации этого процесса необходима соответствующая реформа, делающая судопроизводство, во-первых, в определенных принципиальных чертах схожим с процессом, существующим в других странах и понятным для иностранных граждан и юридических лиц, а во-вторых, имеющим в своем распоряжении достаточно развитые специальные правовые институты. К числу последних следует отнести правила международной подсудности , экстерриториальное действие права, функциональный иммунитет иностранного государства, правовую помощь, особенно в части, касающейся судебных извещений и уведомлений, признание и принудительное исполнение иностранных судебных и арбитражных решений.

Законодательство, судебная практика и доктрина большинства государств выделяют следующие принципы, на которых строится международный гражданский процесс. Во-первых, принцип обеспечения

2 Информация взята с сайта Высшего Арбитражного Суда РФ (www.arbitr.ru). баланса интересов как публичного , так и частного, учитывая, что при рассмотрении спора в национальном суде присутствует иностранный элемент. Во-вторых, принцип самостоятельности судебной системы и судебных решений по отношению к внешней политике государства. В-# третьих, соотносимость национальных процессуальных норм с международным публичным правом. При этом следует отметить, что международные стандарты не следует воспринимать как относящиеся только к международному гражданскому процессу. Безусловно, принципы судебного процесса, гарантирующие права человека, имеют универсальный характер и должны соблюдаться вне зависимости от того, присутствует в деле иностранный элемент или нет. Однако дела с иностранным элементом подчас рождают проблемы, которые требуют специального регулирования или подходов к их разрешению, основанных на соблюдении общепризнанных принципов судопроизводства . Так, при рассмотрении арбитражными судами дел с участием иностранных юридических лиц объективно возникают дополнительные проблемы, связанные с уточнением их правового статуса, включая вопросы о полномочиях их органов и должностных лиц. Объективно любой суд либо не располагает, либо располагает ограниченной информацией относительного иностранного законодательства, определяющего статус юридического лица. Это обстоятельство приводит к необходимости выработки специального порядка установления правового статуса иностранного юридического лица.

Возможны и специфические принципы, важные для данной правовой системы. Например, в США это принципы, обусловленные федерализмом и устоявшейся правовой доктриной International commity.

В рамках международного гражданского процесса иностранный интерес может проявляться в двух качествах. Интерес частный ориентирован в первую очередь на получение гарантий , что процесс в иностранном суде не будет для него дискриминационным. Делая исторический экскурс в вопросы развития международного гражданского процесса, немецкий профессор Х.Шак отмечает, что появившись в момент, «.когда государство уважает чужих ( лиц, не являющихся его гражданами ) как субъектов права, не превращает их в рабов.»3 в дальнейшем имел одну тенденцию — создание процессуальных правил, упрощающих правовой и торговый обмен4. Однако имевшая различные нюансы в различные этапы своего развития принципиальная концепция международного гражданского процесса, как процесса, основанного на международной вежливости, как показывает жизнь, сохраняет, по крайней мере в сознании иностранца, настороженность к перспективе судебного разбирательства за рубежом .

Цели и задачи исследования. В обобщенном виде целью настоящего диссертационного исследования является теоретическая и сравнительно-правовая разработка проблем развития основных институтов международного гражданского процесса; принципов их взаимодействия с институтами коллизионного права; соотношения международно-правового и национального регулирования процессуальных отношений с участием иностранного элемента; взаимодействия судебных систем в региональном и глобальном аспектах; взаимодействия государственной юрисдикции и третейских судов как альтернативной формы защиты прав и формирование на этой

3 Шак X. Международное гражданское процессуальное право. M., 2001, с 58.

4 Там же, с. 6. основе принципов применения нового российского процессуального законодательства в условиях развития международного сотрудничества.

Достижение указанной цели обусловлено необходимостью постановки и решения следующих задач: • — Раскрытия сути процессуального принципа lex fori в международном гражданском процессе.

— Определение правовых предпосылок применения принципа lex fori в международном гражданском процессе и коллизионной привязки lex fori в международном частном праве.

— Анализ опыта зарубежных стран в вопросах, касающихся единой кодификации норм международного частного права и международного гражданского процесса.

— Выявление на основе сравнительно- правового метода тенденций в развитии национального законодательства, содержащего нормы международного гражданского процесса.

— Выявление общих принципов, на которых строится современный международный гражданский процесс как правовая база для преодоления негативных последствий территориального характера судебных актов.

— Анализа значения международного договора как источника международного гражданского процесса в современных условиях.

— Оценка содержания и особенности применения действующих международных конвенций как правовой базы сотрудничества судебных систем различных стран.

— Выявление особенностей рассмотрения хозяйственных споров в. свете развития российского арбитражного процессуального законодательства и законодательства о третейских судах.

Предмет исследования. Предметом настоящего исследования является особая часть процессуального права — международный гражданский процесс как сфера взаимодействия и правовой интеграции национальных судебных систем. При этом в центре внимания находятся те аспкты международного гражданского процесса, которые отражают тенденции его развития в современном мире.

Раскрытие предмета исследования автор осуществляет на основе изучения отечественного и зарубежного права, международных договоров, судебной и арбитражной практики, юридической литературы. Предметом исследования является законодательство и договорная практика как отдельных стран, ограниченно участвующих в международных договорах по международному гражданскому процессу (Россия, США, Китай), так и стран, процессуальное право которых на современном этапе по существу предопределяется принципами, лежащими в основе международных договоров, участниками которых они являются — государства Европы и в первую очередь Европейского союза.

Кроме того, анализируются особенности законодательства в сфере международного коммерческого арбитража , а также правоприменительной практики, касающейся третейских судов, в плане их соотношения с деятельностью судов государственной юрисдикции.

Методология исследования. Диссертация написана на основе диалектического метода познания действительности с использованием общенаучных методов: анализа, синтеза, индукции, дедукции, гипотезы, аналогии и специального юридического метода — сравнительно-правового. Имеющиеся в работе историко-правовые элементы также могут быть определены как разновидность используемого сравнительно-правового метода.

Теоретическая база исследования. При обусловленной актуальности проблем, связанных с международным гражданским процессом, в отечественной литературе они изучены и освещены недостаточно. Традиционно внимание отечественных исследований фокусировалось на проблемах международного коммерческого арбитража как составной части международного гражданского процесса. Среди авторов, посвятивших исследованию проблем международного коммерческого арбитража, как в теоретическом, так и практическом аспекте следует отметить С.Н.Братуся, И.С.Зыкина, А.С.Комарова, С.Н.Лебедева, В.С.Позднякова, Д.Ф.Рамзайцева, М.Г.Розенберга, Е.Т.Усенко. Что касается проблем государственной юрисдикции в аспекте международного гражданского процесса, то они излагались в основном в учебных курсах. Присущий им подход позволил сформировать основные понятия отечественного международного гражданского процесса, а также раскрыть действие соответствующих институтов в иностранных правовых системах и международных соглашениях .

Последовательно указанные вопросы развивались в учебниках И.С.Перетерского и С. Б. Крылова , Л.А.Лунца, М.М.Богуславского, Н.И. Марышевой, курсе лекций В.П.Звекова, курсе международного частного права Л.А.Лунца, Н.И.Марышевой. Из наиболее новых учебных курсов следует отметить работы Т.Н.Нешатаевой и Л. А. Ануфриевой.

Специальным вопросам международного гражданского процесса посвящен значительный ряд исследований Н.И.Марышевой. Важная проблема иммунитета иностранного государства освещаются в работах И.О.Хлестовой. Серьезной основой для научных исследований, основанных на сравнительно-правовых подходах, стал изданный

Исследовательским центром частного права сборник законодательства по международному частному праву.

Проблемы международного гражданского процесса не могут быть оторваны от гражданского и арбитражного процессов. В этой связи неразрывной теоретической базой для диссертации стали работы ведущих процессуалистов Т.Е.Абовой, А.А.Арифулина, В.В.Блажеева,

B.М.Жуйкова, В.А.Мусина, Б.И. Пугинского , М.С.Шакарян, В.В.Яркова. Среди работ иностранных авторов, в первую очередь изданных на русском языке, следует отметить курсы по международному частному праву М.Вольфа, Дж.Чешира и П.Норта, М. Иссада , работу Х.Коха, У.Мангуса и П.Винклера фон Моренфельса , содержащие разделы по вопросам международного и гражданского процесса, а также специальный курс X. Шака по международному гражданскому процессу.

Из зарубежных публикаций следует отметить работы европейских исследователей из Великобритании, Германии, Швейцарии, Нидерландов, Венгрии, Швеции, Франции: Л.Коллинза, О.Шмидта, Р.Геймера, Р.Вагнера, П.Каррера, К.Арнольда, П.Паллонни, Л.Векаса,

C.Штрехольма, А.Моура, американских авторов В.У. Риза , М. Розенберга, Г. Б. Борна , Д. Вестина, Д. Эпштейна, Дж. Снайдера, Ч.С.Болдвина.

Научная новизна диссертации. Научная новизна диссертации выражается в том, что впервые в отечественной науке проведено всестороннее исследование тенденций развития международного гражданского процесса, выявлены общие черты и отмечены сохраняющиеся особенности в рамках различных юрисдикций. Определены основные направления, необходимые для развития отечественных процессуальных механизмов, ориентированных на сотрудничество с зарубежными правовыми системами.

В результате проведенного исследования рассмотрены оптимальные пути развития международного гражданского процесса и международного частного права как неразрывно связанных правовых материй.

В работе обращается внимание на различные побудительные мотивы при разработке процессуального законодательства и международного частного законодательства, регулирующего отношения с иностранным элементом.

В ходе диссертационного исследования автором было проведено рассмотрение исторического опыта европейских государств на пути международно-правовой унификации процессуального права, а также взаимодействия европейских стран с их главным партнером США.

Используя метод сравнительного правоведения , в диссертации выделяются институты международного гражданского процесса, формально закрепленные в отечественном законодательстве, но неизбежно требующие дальнейшего развития по мере более интенсивного сотрудничества с мировым сообществом.

На основе судебной и арбитражной практики сделаны выводы относительно явных изменений в подходах к разграничению компетенции судов государственной юрисдикции и международного коммерческого арбитража, что требует необходимого уточнения в действующем законодательстве и учета в деловой практике отечественных предпринимателей и юристов с их иностранными контрагентами.

Положения диссертации, выносимые на защиту. На защиту выносятся следующие положения и выводы диссертационного исследования:

1. В современных условиях к судебным спорам , содержащим иностранный элемент, т.е. рассматриваемым в аспекте международного гражданского процесса, следует относить не только споры из традиционных частноправовых отношений, но и частноправовые споры, где стороной выступает государство, следуя концепции функционального иммунитета, а также споры, возникающие из публично-правовых отношений.

2. Особенность взаимосвязи международного гражданского процесса и международного частного права состоит в том, что без привязки к юрисдикции какого-либо государства невозможно решение коллизионной проблемы в аспекте международного частного права и соответственно применения норм материального права. При этом ситуация неопределенности сохраняется и в случае выбора сторонами материального права, поскольку его допустимость оценивается на основе норм страны суда.

3. Взаимосвязь международного частного права и международного гражданского процесса, предполагающая жизнеспособность первого только через правоприменительную практику, тем не менее сочетается с принципиальными различиями их правовой природы как права частного и права публичного.

4. Следует проводить различие коллизии материального права и процессуальных предписаний , относимых к международному гражданскому процессу, императивно устанавливающего правила, в соответствии с которыми должны осуществляться процессуальные действия, причем эти правила могут по формально-правовым признакам существенно отличаться от аналогичных, применяемых к « внутренним делам ».

5. Применительно к международным договорам как источникам международного частного права и международного гражданского процесса следует различать мотивы, стимулирующие развитие международной договорной практики. В отношении частного права речь идет о совершенствовании правового регулирования, в отношении процесса — о создании правовой базы, допускающей такое взаимодействие.

6. Ряд изменений в фундаментальных институтах международного гражданского процесса произошел под односторонним влиянием доктрины и судебной практики США, что стало возможным с учетом статуса этого государства как супердержавы. Однако в целом международный гражданский процесс испытывает в большей степени влияние глобализации экономики и культурных связей, где центральное место занимают права человека вне зависимости от его гражданства . Придание этим правам универсального характера и трансформация их в национальное законодательство и судебную практику следует рассматривать как форму унификации международного гражданского процесса.

7. Во взаимодействии судебных систем центральное место принадлежит институту взаимосвязи судебных процессов разных стран — lis alibi pendens. Реформируемое российское процессуальное законодательство и судебная практика, признавая этот институт как таковой, тем не менее не восприняли концепцию его расширительного толкования, что характерно как для внутреннего права стран с развитыми правовыми системами, так и для международных конвенций, в том числе по вопросам международного гражданского процесса.

8. Анализ действующих международных конвенций свидетельствует о том, что унификация правил по вопросам юрисдикции, оказания правовой помощи, признания и исполнения выносимых решений не решает главной проблемы — создания единого процессуального пространства. Даже практика столь интегрированного сообщества, каковым является европейское, дает примеры сохранения действия такого института, как публичный порядок. Кроме того, эффективность взаимодействия судебных органов достигается, когда общие соглашения по вопросам международного гражданского процесса дополняются детальными правилами об исполнительных документах.

9. Отсутствие на протяжении длительного времени в отечественной практике реального взаимодействия международных коммерческих арбитражей с судами государственной юрисдикции породило проблему конкуренции юрисдикций. Решение возникающих проблем лежит в плоскости установки более четких правил, определяющих исключительную юрисдикцию государственных судов, выработки доктрины публичного порядка и развития института преюдициальности применительно к третейским судам.

Теоретическое и прикладное значение исследования состоит в том, что его результаты могут быть реализованы: в ходе дальнейшей работы над законодательством в сфере международного частного права и международного гражданского процесса; при разработке международных договоров или при принятии решения о присоединении к действующим; в деятельности органов внешних сношений России в судебной правоприменительной практике; в научно-исследовательской и учебной деятельности.

Апробация результатов исследования. Результаты исследования прошли апробацию в авторских лекционных курсах по международному частному праву в Академическом правовом университете и в Московской государственной юридической академии; использовались в работе научно-практического совета по вопросам международного частного права Президиума Высшего арбитражного суда РФ, при выработке предложений Академии наук РФ, касающихся совершенствования законодательства по вопросам международного гражданского процесса, а также при подготовке позиции МИД РФ в судебном процессе за рубежом в вопросе, касающемся судебного иммунитета Российской Федерации.

Заключение диссертации по теме «Гражданский процесс; арбитражный процесс», Лисицын-Светланов, Андрей Геннадиевич

Проводимая в России судебная реформа имеет целью изменить не только организацию и условия работы судов, но внести изменения в сам судебный процесс, обеспечивающий эффективную защиту прав и доступность к правосудию .

Объективно оценивая существующий опыт российской судебной системы и современные реальные возможности с точки зрения ее материальной оснащенности, кадрового состава, сложившейся практики и нужд развития следует сделать вывод, что концептуально эволюционный вариант реформы был выбран правильно.

Так, реформа гражданского судопроизводства сохранила сложившееся деление на суды арбитражные и общей юрисдикции. При этом, однако, не создаются специализированные хозяйственные суды, например, патентные.

Изменение процессуального законодательства связано главным образом с совершенствованием существующих институтов, развитие которых во многом сдерживалось или деформировалось в условиях командной политсистемы. Особенно это относится к арбитражному процессуальному законодательству. Принятый в 1995 г. АПК РФ, впервые установив принципы судопроизводства, необходимые для рыночных отношений, в которых наряду с отечественными участвуют и иностранные предприниматели, выполнил свою миссию.162 разрешения споров . С. 34-35.

162 О значении изменений в арбитражном процессуальном законодательстве см.: Правовая реформа — экватор позади// Коллегия , 2002, № 6, с.9.

Как разработка нового процессуального законодательства, так и предстоящее его применение преследует широкий спектр целей, среди которых следует выделить его международный аспект. Это было особо подчеркнуто в послании Президента России В.В.Путина Федеральному Собранию Российской Федерации: «Нам необходим такой суд, который уважают и в стране, и за ее пределами. И эта задача не только политическая, но не в последнюю очередь — экономическая. Эффективная судебная система, я уже об этом говорил с самого начала, нужна и для того, чтобы у отечественных и иностранных компаний не возникло сомнений в ее авторитете и действенности»163.

Особенности дальнейшего развития российского международного гражданского процесса будут связаны одновременно с совершенствованием отечественной нормативно-правовой базы, решением проблем по поводу участия России в международных договорах по вопросам международного гражданского процесса и с формированием судебной практики, строящейся на принципах и правилах, известных другим судебным системам.

Эволюция внутреннего законодательства находится в прямой зависимости от вступления РФ в действующие многосторонние международные договоры, а также от совершенствования региональной системы — международных договоров в рамках СНГ . Кроме того, принятие в дальнейшем норм, относящихся к международному гражданскому процессу, презюмируется в ряде случаев, исходя из содержания статей АПК и ГПК , например, в отношении вопросов, касающихся иммунитетов иностранного государства.

163 Российская юстиция , 2002, № 6, с. 2-3.

Отмечая в качестве позитивного факт вступления России в Гаагские конференции по международному частному праву, следует учитывать, что дальнейшая судьба конвенций , заключенных в рамках этой организации, ставит ряд проблем, особенно применительно к международному гражданскому процессу, в связи с грядущим расширением Европейского Союза. Возникают они и в отношении Луганской конвенции . Развитие единого европейского процессуального пространства с сохранением в нем определенной правовой автономности государств — членов союза, бесспорно, породит ряд проблем, связанных с выработкой условий договоров по вопросам юрисдикции и исполнения судебных решений в отношениях государств Европейского союза с государствами-нечленами, в том числе с Россией. В свою очередь, развитие российской договорной практики должно строиться с учетом договоров, действующих в рамках СНГ. Такой скоординированный подход был бы вполне логичным, однако при его реализации следует учитывать, что имеющиеся в рамках СНГ соглашения уже явно отстали от реформируемого в государствах-членах процессуального законодательства.

Столь противоречивая картина, создающая правовой фон для международной интеграции в сфере судопроизводства, должна служить дополнительным стимулом в развитии национальной судебной практики, базирующейся на принципах, обеспечивающих защиту прав личности, доступность правосудия и состязательность процесса.

В этой связи следует отметить, что новые кодексы разрабатывались с учетом рассмотренных нами тенденций и принципов отправления правосудия. Весьма позитивным является общий подход, основанный на позиции отсутствия в чистом виде принципа диспозитивности или принципа состязательности. Бесспорная приверженность к одному или другому из них особо ярко проявляет свои недостатки именно в международном гражданском процессе, ставя иностранца из другой системы, нежели та, где ведется судебное разбирательство, в явно некомфортные для него условия. Отмечаемая в этой связи ситуация применительно к США и ряду стран Западной Европы служит тому подтверждением.

Существенным обстоятельством, которое вряд ли можно отнести к общим тенденциям развития международного гражданского процесса, однако определяющим реальное взаимодействие судебных систем, является « порядок » судебного разбирательства . В данном случае речь идет о некоторых общих чертах судопроизводства. К ним относятся как общие принципиальные правила, например возможность вынесения решения в отсутствие ответчика при его надлежащем извещении, так и более частные, — форма представления исковых материалов и отзывов на иск , сроки их представления, сроки для ознакомления с представленными материалами и др. Существенное значение для адекватного восприятия судебного процесса за рубежом, что безусловно будет сказываться на признании выносимых решений, имеет полнота отображения в нем позиций сторон и мотивированность выносимых решений. Чрезмерная лаконичность решения не характерна для зарубежной судебной практики. Принимая во внимание тот факт, что заслушивание сторон в судебном заседании является неотъемлемой частью процесса, что показания сторон рассматриваются в том числе и как доказательства , требуется принципиальные изменения в системе ведения протокола судебного заседания. Отсутствие аудиозаписи судебного заседания способно вызвать скорее непонимание, чем сочувствие. В современных условиях право на внесение замечаний на протокол или возможная аудиозапись судебного заседания меньше гарантируют точность и объективность процесса, чем обязательная аудиозапись, приобщенная к делу . Таким образом, и материально-техническая обеспеченность процесса является существенным условием взаимодействия судебных систем.

Значение альтернативной формы защиты прав — третейской , должно возрасти в связи с вступлением в силу нового процессуального законодательства, в первую очередь в сфере коммерческого оборота. Введенная арбитражным процессуальным законодательством система деления третейских судов на « внутренний » и « международный » коммерческий арбитраж , естественно, влечет за собой и установление особенностей в правовом регулировании их деятельности. Исходя из содержания принятого законодательства, главные различия лежат в сфере контрольных функций арбитражных судов РФ. В этой связи важным становится будущее развитие судебной практики, поскольку вне зависимости от характеристик третейского суда как « внутреннего », так и « международного », их правовая природа едина и, соответственно, отношение к ним, как к альтернативной форме защиты прав, будет сохраняться. Однако судебная практика в отношении международного коммерческого арбитража должна учитывать и те общие тенденции, которые существуют в других правовых системах. Обобщенно этот подход следует охарактеризовать как максимальная толерантность судебной власти к международным третейским процедурам, а также к иностранному и международному материально-правовому регулированию.

Список литературы диссертационного исследования доктор юридических наук Лисицын-Светланов, Андрей Геннадиевич, 2002 год

1. На русском языке:

2. Абова Т.Е. Арбитражный процесс в судебной системе России /

Смотрите еще:

  • Международное усыновление литература Правовые проблемы усыновления детей - граждан Российской Федерации иностранными гражданами в России тема диссертации и автореферата по ВАК 12.00.03, кандидат юридических наук Дзугаева, […]
  • Ответственность рекламодателя за нарушение законодательства о рекламе Статья 31. Ответственность за нарушение законодательства Российской Федерации о рекламе Информация об изменениях: Федеральным законом от 30 декабря 2001 г. N 196-ФЗ в статью 31 настоящего […]
  • Решение суда 1 инстанции при встречном иске Определение президиума Челябинского областного суда от 30 июня 2004 г. (надзорное производство 4г04-1775) Встречный иск может быть предъявлен только в суде первой инстанции до принятия […]
  • Уголовная статья 202 Уголовная статья 202 1. Нотариат в Российской Федерации призван обеспечивать защиту прав и законных интересов граждан и юридических лиц путем совершения нотариусами предусмотренных […]
  • Адвокат чистяков александр спб Чистяков Александр Чистяков Александр Николаевич (родился 25 января 1973 года, Ленинград, РСФСР, СССР) — российский бизнесмен, владелец компании Hermitage Construction & Management Group. […]
  • Уголовный кодекс редакция 2000 года Статья 16 УК РФ. Утратила силу. Новая редакция Ст. 16 УК РФ Статья 16. Утратила силу - Федеральный закон от 8 декабря 2003 г. N 162-ФЗ Комментарий к Статье 16 УК РФ 1. Неоднократность как […]